— А как выглядишь ты без белья? — спросил он бархатистым голосом.

— Лучше, чем все, кого ты раньше видел, — улыбнулась она.

— Правда? Сейчас проверим.

Она подошла и остановилась перед ним, он присел на край ванны и начал медленно и умело раздевать ее: отстегнул подвязки пояса, принялся скатывать чулки, покрывая поцелуями обнажающуюся кожу. Дойдя до ступни, он поднял ее, поставил на свое бедро и начал бережно массировать. Его ладони проскользили вверх по ее ноге, затем перешли к чулку на второй.

Сара повернулась к нему спиной, чтобы он расстегнул корсет, но Майк притянул ее к себе на колени и вошел в нее. Придерживая ее одной рукой, второй он в считанные секунды справился с застежками. Корсет упал на пол.

Майк целовал ее, по-прежнему не давая ей шевельнуть бедрами, ласкал грудь, обводя большими пальцами соски.

К тому времени, как он наконец разжал объятия, позволяя ей приподниматься и опускаться, Сара уже не могла сдержать стоны. Одна ее нога свисала в ванну с теплой водой, другая касалась пола. Сильные ладони Майка подхватили ее ягодицы и помогали при каждом движении.

Она уже приближалась к вершине экстаза, когда он приподнял ее, не отстраняясь, и уложил на коврик, расстеленный на полу ванной.

Его удары стали резкими и быстрыми, достигая немыслимых глубин. На этот раз она ощутила его оргазм — такой же бурный, как собственный.

Через несколько минут они уже лежали вдвоем в ванне. Майк положил голову на бортик, Сара, сидящая к нему спиной, полулежала у него на груди, поглядывая то на свое кольцо, то на ноги Майка. Всего две недели назад она знала об этом человеке только одно — что он загадочный брат Тесс. А потом впервые увидела его, вылезающего из люка в полу спальни, и перепугалась.

Теперь она замужем за этим человеком. Но о любви между ними не было сказано ни слова, и если бы не ее настойчивость, не было бы и этой брачной ночи.

Сара уже мечтала о медовом месяце.

— Тебя тянет съездить домой?

Майк намыливал руки Сары. Он уже сбрызнул духами ее свежевымытые волосы, и теперь они распространяли пьянящий аромат.

— Нет, — рассеянно отозвался он.

— Но ты же наверняка хочешь повидаться с друзьями.

— Почему бы и нет? С товарищами по тренажерке и по работе.

— А как же другие люди, с которыми ты не работаешь? Друзья друзей?

Майк усмехнулся:

— Я живу не так, как ты. Секретные задания иногда продолжаются несколько лет. Дважды я работал в Лос-Анджелесе, один раз — в Айове, а еще…

— В Айове? — удивленно обернулась она. — Неужели и там есть преступники?

Майк засмеялся ее шутке.

— Зло есть повсюду, даже в милом уютном Эдилине, штат Виргиния.

Расслабившись, она прижалась к нему.

— Ни друзей, ни своего жилья… Разве это настоящий дом?

Майк поцеловал ее в мочку уха.

— Мне вполне хватает зим с температурой восемьдесят градусов по Фаренгейту и бриза, в котором полощутся ветви пальм.

— И ночных клубов с аппетитными кубинками?

Майк уткнулся ей в шею.

— Я их не замечаю.

— Майк, я тут подумала… Может быть?..

— Нет.

— Что «нет»?

— Нет, со мной в Форт-Лодердейл тебе нельзя.

— Я не спрашивала разрешения, но если уж ты об этом заговорил…

— Мне надо работать. Я буду уходить в семь и возвращаться не раньше десяти. Ты даже не представляешь себе, какое значение имеет дело, которое мы сейчас расследуем. Фэбээровцы…

— А ты уже просил их подыскать собак для мистера Ланга?

— Да, и скорее всего вернусь вместе с ними. Кстати, он держал не ирландских волкодавов, а эрдельтерьеров.

— И ты уже нашел питомник?

— Во Флориде? Само собой, нашел.

— Я тебе никогда не говорила, что еще ни разу не бывала во Флориде? Джос выросла в Бока-Рейтон, только с ее слов я и знаю, как там чудесно.

— Нет, тебе со мной нельзя, — повторил Майк. — Когда я вернусь, все в городе должны узнать, что мы женаты. Люк сказал, на ярмарке будут состязания, мне надо выиграть их. Это привлечет к нам общее внимание, вот тогда и…

— Ха! — Саре не хотелось оставаться одной, — Состязания всегда выигрывают Фразьеры. Все эти перетягивания каната, бросание бревен — их стихия. Однажды я видела, как старший брат Ариэль, Колин, поднял перёд пикапа.

— Да? А где он тренируется?

— Не знаю. Я по тренажерным залам не хожу.

Майк поднял ее руку — тонкую, без выраженной мускулатуры.

— Это заметно.

— Хочешь сказать, я?..

Майк заставил ее замолчать поцелуем и прикосновением ладони к груди.

Сара прижалась к нему.