Преодолеть ужас ей помогла лишь мысль, что рядом будет Майк. Он ничего не боится. Он способен пойти под пули, он найдет способ защитить ее.

Но едва она заикнулась о том, что надо бы съездить в Мерлинс-Фарм и отдать мистеру Лангу собак, Майк отказался наотрез.

— Это еще почему? — удивилась Сара.

— Не могу. Я занят. У меня еще уйма работы по делу. Поезжай сама.

— Да, я помню, что ты работаешь. Между прочим, твоя работа — защищать меня. Или ты забыл? Несколько дней назад моя безопасность играла настолько важную роль для тебя, что ты самоотверженно согласился взять меня в жены!

— Не вижу в этом ничего плохого, — пошевелил бровями Майк.

— Еще бы! — подхватила Сара. — Ведь я работаю на тебя как прислуга — только потому, что сказала: «Я согласна»! Думаешь, твоя одежда сама собой становится чистой? А лезвие машинки, которой ты подравниваешь волосы? А чемодан — ты считаешь, он распаковался без посторонней помощи?

— Может, нам стоило бы нанять…

— Ты едешь со мной, — перебила она. — Я боюсь гнусного старика, а ты обязан защищать меня.

Майк наклонился над тарелкой с оладьями.

— От пуль — да, но не от…

Сара села напротив.

— Объясни, чего я не понимаю? Ты же не боялся мистера Ланга еще совсем недавно, когда мы собирались съездить к нему.

В бормотании Майка она различила лишь невнятное «дед». Минуту Сара смотрела на него остановившимся взглядом, потом схватилась за свой мобильник.

— Сейчас позвоню Тесс и спрошу у нее.

Майк поднял голову и тяжело вздохнул.

— Тесс ничего не знает. Из-за тебя, это ты виновата.

Сара нажала кнопку, сбросив звонок.

— Я? В чем?

— Я не говорил тебе, но бабушка переписывалась с Лангом. Нечасто, раза два в год.

— И что?

— Она хотела сочувствия, потому сообщила ему, что после изнасилования у нее родился ребенок.

— Но ведь на самом деле ребенка не было?

— Не было. Хотя теперь, когда мне известно, что у нее была сестра, о которой она ни разу не упомянула, я уже не знаю, чему верить. Надо бы посоветоваться… — Он взялся за телефон, но под взглядом Сары отложил его и посмотрел ей в глаза.

Сара не сразу поняла, что он пытается без слов внушить ей, но постепенно до нее дошло: были и другие подробности, которые Майк утаил от нее.

— Если мистер Ланг был близок с твоей бабушкой, он может подумать, что ты — его внук.

Майк снова взялся за оладьи.

— Забавно, правда? — спросила Сара.

— Для тебя — может быть, но не для меня.

— Боже мой! — Не удержавшись, Сара прыснула. — Когда ты приехал сюда, твоей единственной родственницей была сестра, а теперь посмотри-ка! Ты владелец недвижимости, у тебя есть жена и куча родни. Ну и что тебе стоит обзавестись еще и дедом?

— Не вижу здесь ничего смешного.

В конце концов победила Сара. Майк предлагал уговорить Люка отвезти собак, но Сара возразила, что только Майк способен точно сформулировать вопросы и задать их мистеру Лангу.

— Какие еще вопросы? — буркнул Майк.

— Почему Грег и мистер Ланг враждуют, — объяснила Сара. — Ты и об этом забыл?

— Я ничего не забываю, несмотря на свой древний возраст, о котором ты не устаешь напоминать мне.

Сара пропустила его замечание мимо ушей.

— Ладно, поеду одна.

Майк оживился и уже был готов расплыться в улыбке.

— Но я примерила большую клетку для перевозки собак, и она не влезает ни в мою машину, ни в машину Джос. Так что мне придется взять твою. Поставлю клетку в багажник и так и поеду — не буду закрывать его. Ничего? — И Сара невинно заморгала.

— А грузовичок Люка? — скрипнув зубами, спросил Майк.

— В ремонте.

Разыскивая ключи от машины, Майк бросил, ни к кому не обращаясь:

— А ведь было время, когда все решения я принимал сам!

К тому моменту, как они въехали на территорию Мерлинс-Фарм и увидели во дворе старый грузовик мистера Ланга, от недавней смелости Сары не осталось и следа. Майк заглушил двигатель, она попыталась заявить, что не выйдет из машины, но Майк даже слушать ее не стал.

— Я подожду тебя, — сказал он.

— Не надо, не жди…

На заднем сиденье залаяли собаки, но Майк обернулся и посмотрел на них так, что они притихли в большой клетке.

Хлопнула дверь, мистер Ланг вышел на крыльцо, держа наготове дробовик, но при виде машины Майка опустил оружие. На его лице возникла гримаса, которую следовало принимать за улыбку.