– Кто он? – услышала женщина тихий голос парня.

– Друг, – просто ответила она.

Вытерев руки носовым платком, Сергей подошел к «Ниве». Открыл крышку багажника и легко выбросил на землю взвывшего от боли плечистого. Возмущенно вскинув голову, Соколова хотела вмешаться. Но ее остановил тихий голос Гонщика:

– Это он Муромца ножом ударил. Их у окна трое было. Надя вспомнила предупреждающий крик за окном и свою схватку с сильной блондинкой.

– В палату какие-то люди в камуфляже вбежали, – посмотрела она на парня. – Один из них за мной гнался. Кто они, ты не знаешь?

Ответить парню не дал мгновенный пронзительный крик боли.

– На вид здоровый, – услышали они недовольный голос идущего Серова.

– Что ты с ним сделал? – вглядываясь в темноту, спросила Соколова.

– Кто такой Шакал? – пропустив ее вопрос мимо ушей, спросил Гонщика Серов.

– Его люди старателей грабят! – неожиданно зло отозвался тот. – И убивают! Сволочи!

– Те трое, с которыми амбал дрался, из команды Шакала, – рассматривая в свете фар какой-то конверт, пробормотал Ковбой.

– Поехали к Маркизе! – заторопился парень. – Она давно за Шакалом охотится!

– Ты Ягодное хорошо знаешь? – остудил его пыл холодный голос Ковбоя.

– Вырос там. А что? – недоуменно повернулся к нему парень.

– Садись назад, – посмотрев на часы, сказал Сергей Надежде. – Поддержишь амбала. Ехать быстро придется.

Гонщик уже сидел за рулем.

«Он умеет убеждать, ничего не объясняя», – посмотрев на спокойное лицо Сергея, подумала Соколова.

– Маркиза, – заглянул в комнату Гончаровой Феликс. – Что с этими делать? – имея в виду захваченных в больнице женщин, спросил он.

– Я с ними потом поговорю, – нетерпеливо отмахнулась та. – Сейчас нужно в Ягодное людей посылать! Надьки до сих пор нет!

– Туда Барон…

– Нет! – закричала Мария. – Он не должен уезжать! Верни его!

Сеньковский шагнул к двери. Потом, остановившись, растерянно обернулся:

– Но он уже уехал.

Метнувшись мимо него к двери. Маркиза громко крикнула:

– Ангел! Едем в Ягодное!

Рослый молодой мужчина в камуфляже, кивнув, бросился к выходу.

Несколько раз требовательно прозвонил дверной звонок. Отложив на журнальный столик книгу в яркой обложке, Зинаида поднялась с дивана. Разгладив смятый халат и поправив волосы, подошла к двери.

– Кто там? – звонко спросила она.

– Мне нужно срочно увидеть Ступина, – раздался за дверью приглушенный мужской голос.

– Это вы, – узнала женщина. Щелкнув ключом, она открыла дверь.

– Позвони ему. Немедленно! – потребовал стоящий на площадке мужчина. – В три я буду у Манекенщицы. Шакал тоже нужен.

– Возле окна двое без сознания и один с проломленной головой, мертвый. У главного входа здоровенный мужик с тремя пулями в груди и одной во лбу, – закончил капитан милиции и, затянувшись, положил окурок в пепельницу.

– А кто лежал в палате, рядом с которой обнаружены эти люди? – спросил его Пепеляев.

– Это послеоперационный блок. Врач сказал, что в нем уже с неделю никого нет.

– Я спрашиваю, кто в ней лежал в последний раз, – раздраженно поправился майор. – И когда?

– Вроде какая-то женщина, – захлопал глазами капитан.

– А что с теми, которые в сопку уходили? – спросил его сидевший за столом полковник.

– Одного убили. Второго ОМОН раненым взял. Третий ушел! – виновато отозвался тот.

В кабинет неожиданно, не спрашивая разрешения, ворвался взволнованный Жуков.

– Товарищ майор! – обратился он к Пепеяяеву. – Власов… – уловив предостерегающий взгляд майора, умолк и смущенно закончил: – Звонил.

Негромко попросив извинения и довольно сухо попрощавшись, Пепеляев быстро вышел. Следом за ним, что-то растерянно говоря, выскочил старший лейтенант.

– Конспиратор, – усмехнулся полковник. – Мне еще вчера вечером из управления звонили. Магадан дал добро на тщательную проверку Хатгынах-Колымского. Прищучат Гончарову со Ступиным! – довольно потер он руки. – И давно надо бы! Там только тех, кто по области в розыске проходит, человек десять.

– А Власов кто такой? – осмелился на вопрос капитан.

– Командир областного спецназа.

Остановив машину. Гонщик кивнул на смутно темнеющую громадину большого частного дома: