– Полиция, полиция! Помогите!

Стас обернулся и увидел, как с оратором схватился некто в гражданском, пытавшийся убрать его с трибуны.

– Антисоветчики, антисовьепродажники, изменники, предатели,- продолжал выкрикивать оратор, которого оттаскивал уже другой человек. Подбежали полицейские, принялись разнимать.

Стас печально улыбнулся, вспомнил прошлое и почему-то очень остро ощутил чувство жалости к Матвею Николаевичу, острей, чем тогда, когда того мучили его однокурсники.

Выходя из парка культуры и отдыха, у самых ворот, он набрал еще несколько номеров по мобильному, но дозвониться ни к кому не смог, остановил такси и велел везти себя к центру города.

Уже заполдень Стас подъехал к прилегающей к аэропорту гостинице. Оставалось еще несколько мелких дел. Из гостиницы удалось дозвониться по одному из номеров:

– Алло, Оксана, здравствуй! Ну что там у вас?

– Ой, Стас, привет!- ответил радостный голос.

– Где ты там?! Целый день звоню, не могу дозвониться!

– А у меня вчера после разговора с тобой отключили мобильный, якобы за задержку оплаты. Ну, а ты как?

– Вылетаю сегодня вечерним рейсом. Все, что ты поручила мне, выполнил и привезу с собой. Чего ты ревешь, дуреха?

Последовало молчание.

– Что, плохо слышно?

– Ты ведь знаешь, братья опять меня отговаривают, снова взялись за старую песню.

– Да, понимаю. Конечно же, я для тебя старый.

– И к тому же твердят, что тебя завтра ко дню свадьбы не будет. Что ты не поспеешь, если приедешь вообще.

– Да, но ведь я звонил позавчера и обещал. Начало визового режима, сама понимаешь, долго держать здесь никого не будут, даже если задержишься, обнаружат и депортируют силой. Не плачь, все будет хорошо. Прилетаю сегодня ночью.

– Буду ждать твоего звонка всю ночь. Люблю тебя очень и очень волнуюсь.

– Ладно, целую тебя, жди!- с облегченнием закруглился Стас, опуская трубку телефона и удовлетворенно улыбаясь.

Направляясь к зданию аэропорта, прошел мимо множества разнообразных сооружений. Из-за одного из них, стоящего чуть не впритык к аэровокзалу, донесся знакомый голос. Он на мгновение приостановился.

– Нет!-вырвалось у него.- Не может быть!

Подойдя поближе к углу, из-за которого и послышался давно знакомый тембр, Стас увидел нескольких человек, окружавших немолодого верзилу. Некоторое время раздумывал-подходить или нет, но все же решился.

– Здравствуйте, Арчил,- сухо произнес он, приблизившись к группе людей.

– Разве мы знакомы?- удивился Арчил и с подозрением оглядел незнакомца.

Стас представился и пустился в объяснения, как и с каких пор они и в самом деле знакомы. Арчил терпеливо слушал, время от времени покачивая головой.

– Возможно, возможно, Стас, но вы поймите, я на стольких работах бывал и со столькими людьми общался, что толком всех и не помню. Ну, работу вашего друга помню. Конечно, помню. Часто у них бывал.

– А что вы делаете здесь?

– То же, что и у нас.

– Как? Вы уже перебрались сюда?

– Да. С тех пор много воды утекло. Мне удалось на заработанные своим искусством деньги перебазироваться сюда. Здесь мне здорово повезло, женился на иностранке, даже умудрилась родить мне ребенка. Так что теперь я человек семейный. Объезжаю свои рабочие точки на иномарке.

Арчил показал рукой в сторону своей машины, стоящей на автостоянке.

– И сколько зарабатываешь за день?

– На пропитанье хватает, и еще остается. Собираю деньги на мечту детства. Хотим с женой отправиться в Рио-де-Жанейро, сперва в турпоездку, а потом будет видно.

– Молодец, Арчил! Можно сказать, что “Аврора” в семнадцатом году стреляла ради тебя.

– Ну да.

– Интересно, отличается ли чем-нибудь репертуар для наших и здешних?

– Да ну! Все одно, с той лишь разницей, что в этих местах, кричать очень громко не разрешается. Пришлось как-то даже писать объяснительную в полицейском участке. А вообще я им плачу и проблем у меня с ними почти не бывает. Даже наоборот, были случаи нападения, притеснения и даже попытки издевательства, так они меня здорово защищают. Теперь меня почти везде узнают и не трогают.

Арчил в свою очередь расспросил Стаса о его жизни, работе, цели приезда и многих других мелочах.

– Ой, старина, напрасно бодаешься с жизнью,- всполошился Арчил,- Хочешь, дело предложу?

– Ну?-поинтересовался Стас.

– Оставайся-ка здесь, со мной. Будем вместе работать, заработки будут побольше, чем там. Женим тебя, а там, глядишь, если будешь паинькой, и в Рио с собой заберем.

Стас с подозрением глядел на Арчила и недоумевал. Он представлялся ему попеременно то полоумным, то вполне серьезным деловым человеком.