Несколько раз Стас вставал, укутывался в одеяло и выходил на балкон покурить. Покурив, устремлялся взором вдаль и, не раскрывая рта, молча, что было мочи и сил громко, как никто и никогда, кричал, Кричал и возносил мольбу, чтоб его хоть кто-то услышал.

Больше недели Арчил не без боли наблюдал за душевным состоянием Стаса, оставшегося ни с чем, многое потерявшего и продолжавшего жить у него. Стас избегал общенья с людьми, разговоров на какие бы то ни было темы. Сух был даже с Арчилом, его тяготило, что он сидел у него на шее.

Возвращаясь после своих трудов домой, Арчил заставал Стаса во все углубляющемся удрученном состоянии.

Ценой неимоверных усилий ему удалось выпытать у него причину подавленности и уныния. И в то же время он не мог простить себе одной оплошности, хотя и понимал, что дело вовсе не в ней и все случилось бы и без того. В первый же день уходя из дома, оставил Стасу свой мобильный телефон с разрешением звонить, куда тому угодно.

Стас дозвонился до своих домашних, друзей, знакомых и сообщил им, что задерживается на неопределенное время по неотложным делам. Кроме Дика, никто не решился рассказать ему о судьбе Оксаны. Не дождавшись его приезда, она поддалась настоятельным требованиям братьев, выдавших ее замуж за угодного им жениха.

– Вот дурни!- пытаясь смягчить печаль Стаса, прикинулся беззаботным Арчил.- Клянусь тебе, ты еще настоящих девок не видел. Я тебе тут такую отгрохаю, что вся страна закачается.

Стас был сражен окончательно. Он разом потерял двух любимых женщин, обоим при этом изрядно подпортив жизнь. И прекрасно к тому же понимал, что дело вовсе не в девках, по которым он никогда, как говорится, “с ума не сходил”, как это бывает с некоторыми мужчинами, а в том, что не мужчина нуждается в женщине и не женщине нужен мужчина, а любимому человеку нужен любимый человек. И если вернуть человеку то, что изначально ему было даровано создателем и что он впоследствии частично утратил, и то, без чего человек по сути перестает быть человеком, – любовь, то вышеприведенная, разделяемая Стасом формула человеческого бытия превращалась в банальную и короткую фразу о том, что человеку нужен человек. А точнее триада “человек-Бог-человек” – та единственная жизненная энергетическая сила, которая способна помочь человеку в жизни. Да, эту формулу Стас встречал и у других известных классиков, но она не была им заимствована, а он сам пришел к ней, независимо, самостоятельно, и уже потом нашел ее и у других.

Арчил был в замешательстве. Стас ставил его в безвыходное положение. Такого он никогда в жизни не испытывал подолгу и всегда хвастался, что выкручивался из наисложнейших ситуаций. А сейчас…сейчас он чувствовал, что буксует и сам.

Никакие разговоры, уговоры, обещания и другие трюки Арчила не действовали на Стаса, и Арчил начал чувствовать, что он теряет его и что Стас уходит от него и от всех все дальше и дальше, в некую неизвестную и неизведанную глубь потусторонней грани человеческого бытия.

В один из дней Арчил вернулся домой раньше обычного.

– Ну, ладно тебе слюни разводить,- принялся он ругать Стаса, лежавшего в одежде на постели и покуривавшего сигарету.- Совсем уже раскис! Как баба, аж тошно смотреть. А ну-ка вставай, принимай гостей.

– Каких это еще гостей?- удивился Стас.

И вдруг услышал из-за двери голос женщины, голос, который в состоянии был бы поднять его даже из могилы. Он немного замешкался, сердце его чуть не разорвалось от счастья, затем пулей вскочил на ноги и ринулся к двери.

– Кэт?- воскликнул в изумлении Стас, подавляя странное ощущение, будто вместе с его нутром содрогнулась и вся планета. Слезы фонтаном брызнули из его глаз. Они кинулись друг другу в объятия. Он сжал за ее спиной в замок пальцы обеих рук и как бы держал в тисках.

– Никто, никто теперь в жизни не отнимет тебя у меня!

Арчил тем временем выскочил на балкон, оставив за собой дверь открытой, и в ознаменование своей очередной победы издал крик не достигавшейся им еще никогда силы, сущий клич Маугли.

Стас ласкал, целовал лицо и головку Кэт, и она впервые в жизни отвечала ему. Понемногу успокаиваясь, они ощутили наконец врывающийся в комнату холод.

– Эй, ты там, Маугли!- ласково налетел на Арчила Стас.- Долго еще собираешься нас морозить?! Закрывай дверь и скорее иди к нам!

Кэт блаженно улыбалась, крепко зажатая рукою Стаса.

– Ну, что ж,- немного грустно констатировал Арчил.- Пожалуй, уже и впрямь пора…

Кэт в знак согласия призакрыла глаза и в улыбке развела краешки губ к ушам.

– А теперь, еще небольшой сюрприз!- продолжал Арчил и скомандовал в сторону соседней комнаты.- Теперь уже можно, выходите!

Вошел мужчина с маленькой девочкой. Стас продолжал сжимать держать Кэт в объятиях. Увидев лицо мужчины, он обмер и онемел.

“Майкл?”- пронеслось у него в сознании и он стал медленно снимать руку с Кэт.

– Да, Стас, это Майкл,- со вздохом ответила на его немой вопрос Кэт.

– Мама, мама! Кто этот дяденька?-не переставая, спрашивала ее маленькая Лиза.