Чрезвычайно довольная собой Юнра Тавилау.

– А ты-то куда? – растерялся Ши.

– С тобой! – бодро заявила Тавилау-младшая.

– Зачем?

– Интересно, – девица потупилась. – Со мной еще никогда не происходило ничего подобного. У вас такая увлекательная жизнь, а я… у меня… – она запуталась в словах и замолчала.

«Жизнь у нас увлекательная, – едко подумал Ши. – Как же. Вечно озираешься через плечо, вечно в бегах, никогда не знаешь, что ждет завтра – подвалы Алронга или кутеж в „Золотом павлине“. А эта богатая глупышка вообразила себе невесть что…»

– Между прочим, мы собираемся ограбить этот дом, – как можно проникновеннее напомнил он. – Пойдешь со мной, станешь соучастницей. Что скажет твой грозный папаша, если ты попадешься?

– Будет уж-жасно недоволен, что попалась, – пожала острыми плечами Юнра. – Знаешь, мне не нравится то, что делают эти люди, громко называющие себя Искателями Истины. Мне вообще не по душе те, кто полагает, будто им открыто какое-то тайное знание и потому они стоят превыше всех человеческих законов. Так мы идем?

– Пошли, – сдался Ши. Симпатичным девицам вообще с легкостью удавалось добиваться от него желаемого.

Сделав всего несколько десятков шагов по залам и коридорам поместья, незваные гости поразились царящему повсюду запустению. Юнра высказала свое удивление вслух, Ши промолчал, строя догадки. Повсюду мебель, задернутая пыльными чехлами, обвисшие пожухлые шторы на окнах, паутина и характерный запах покинутого людьми жилища. Выходило, что за полтора года новый владелец так и не удосужился нанять прислугу, вышвырнуть или распродать скопившийся хлам и привести свой дом в подобающий вид. Почему? Денег нет или по какой-то иной причине?

О чем искренне сожалел воришка – так об отсутствии времени, чтобы тщательно покопаться в этом хранилище старины. Не может быть, чтобы не отыскалось чего-нибудь небольшого и достаточно ценного.

Диззи семенил впереди, иногда останавливаясь и принюхиваясь. В мелких оконных стеклах мелькали отблески горящих во дворе разноцветных огней, долетала музыка и голоса. Они переходили из комнаты в комнату, поднимаясь и спускаясь по лестницам, в помещениях стало темнее – значит, они удалились от двора и забрели в дальнюю часть дома. Ши уже начало казаться, будто они целое столетие странствуют по безмолвному царству тишины, пыли и паутины, пробираясь к неведомой цели. Юнра помалкивала, хотя ей наверняка было жутковато. Воришка в очередной раз выругал себя за то, что не догадался захватить лампу – сейчас бы не пришлось стукаться о плохо различимые в сумраке углы кресел и высматривать, куда подевался Диззи. Хорек изредка давал о себе знать негромким верещанием, но чаще забывал о том, что люди видят в темноте гораздо хуже, чем он.

Наконец Диззи свернул из бесконечной пыльной анфилады на узкую винтовую лестницу, выкованную из чугуна, и запрыгал вниз по ступенькам. Лестница вывела к двери, запертой, но сопротивлявшейся лишь для видимости, и свету – осторожно выглянув наружу, Ши и Юнра увидели самый обычный коридор со сводчатыми потолками и висящими на стенах плоскими светильниками. Четвероногий проводник суетливо вертелся на месте, то ли стараясь укусить себя за хвост, то ли не в силах определить дорогу.

– Мы угодили в подвал, – предположил Ши. – Диззи, а дальше-то куда?

Зверек повернул к нему острую морду и зло рявкнул, что наверняка означало: «Не мешай, я думаю!»

Повертевшись еще немного, Диззи сделал выбор в пользу той части коридора, что уходила направо. Незваные гости миновали с десяток запертых дверей, склад винных бочек (посещаемый, поскольку тут имелись явственные следы человеческого присутствия), вновь свернули направо, и, пройдя с два десятка шагов, остановились перед непреодолимой преградой. Хорек аж завизжал от ярости, осознав, что путешествие окончено.

Сначала Ши подумал, что Диззи завел их в тупик, но, приглядевшись, понял свою ошибку. Впереди красовалась дверь. Здоровенная створка, скругленная наверху, занимавшая пространство от стены до стены и от пола до потолка. Не то обшитая надраенными бронзовыми листами, не то целиком отлитая из бронзы. Посредине двери располагался выпуклый диск не меньше двух локтей в поперечнике, похожий на щит, с отчеканенными на нем изображениями диковинных животных – впрочем, с равным успехом это могли быть и растения. По ободу диска расположились головой к хвосту десяток змеек толщиной с два пальца, удивительно похожие на настоящих. Глаза змейкам заменяли цветные камешки, из приоткрытых пастей торчали поблескивающие язычки – не медные, как отметил Ши, но выкованные из железа. Понизу и поверх диска огромную створку перечеркивали два засова: брусья шириной с ладонь, наглухо утопленные в каменных стенах. Дверь и засовы столь плотно прилегали к камню, что казались с ним единым целым.

– Зуб даю, тут наверняка какой-то хитроумный замок, – глубокомысленно изрек после удивленного молчания и вдумчивого разглядывания могучей двери Ши. – Все эти змейки неспроста… Диззи, нам обязательно нужно попасть внутрь?

Хорек поднялся на задние лапы и закивал, высоко поднимая и быстро опуская мордочку. Усы у него стояли веером, а вид был до чрезвычайности недовольный.

– Ты что же, думаешь, наши… э-э… то, что мы искали – заперто там?

В иное время Ши в голову бы не пришло вести разговор с неразумной тварью. Однако странный приятель Аластора заслуживал какого угодно наименования – вонючего, скандального, прожорливого – только не неразумного.