– А как вы? – спросил Алекс, кивая на пропитавшийся кровью рукав. – Повязки, которую я наложил, надолго не хватит.

– Не о чем беспокоиться. Рад заметить, что пуля прошла навылет, – он указал на лежавших в тени платформы тяжелораненых: – Вот их мне жаль. Бедняги настрадаются перед смертью.

– Да. – Алекс снова ощутил пытку болью и жаждой и тяжесть придавивших его мертвых тел. – Мы должны постараться не допустить новых жертв. Я уверен, что им нужен только груз. Для такого отряда пленники будут лишь обузой, лишними ртами. Им нужны боеприпасы, винтовки, провиант – все, на что они могут наложить лапу. Их цель—поубивать или ранить нас. Если мы будем осторожны, они не смогут этого сделать и до снаряжения им не добраться. Думаю, что они оставят нас.

Капитан был настроен скептически:

– Им и не нужно будет тратить на нас пули. Им стоит только чуть подождать, и мы все умрем от жажды.

Алекс покачал головой:

– От этого умирают очень долго, дольше, чем вы думаете, поверьте мне. Буры не захотят новых потерь. Подойдет другой поезд. Если у нас больше никто не погибнет, то на каждого убитого нашего будет два убитых бура.

Капитан уловил уверенность в голосе Алекса и кивнул:

– Хорошо. Мы подождем, пока не подойдет новый паровоз или не уйдут буры. Будем надеяться, что то или другое не заставит себя долго ждать.

С полудня до четырех часов вечера они укрывались за составом. Тишину нарушали лишь удары о металл случайных пуль и стоны раненых. Бутылки с водой пустели с тревожащей быстротой, некоторые из бойцов требовали атаковать противника.

Наконец в пять часов вечера, перед самым наступлением сумерек, Алекс снял каску, надел ее на конец винтовки и поднял вверх. Тишина. Он приказал нескольким солдатам сделать то же самое в разных местах по всей длине поезда. Снова тишина.

– Они ушли, – объявил он.

– То, что они не стреляют по этим дурацким каскам, не означает, что их здесь нет, – возразил капитан, морщась от боли в руке.

Алекс указал назад, где садилось огромное слепящее красное солнце.

– Им пришлось бы смотреть против солнца, если бы они все еще были на холмах. Вряд ли они остались там, где ничего не смогут увидеть. Если бы я считал, что они там, я бы сразу же предпринял наступление. И потом, уже целый час мы не слышим ни одного выстрела. Ставлю все свои деньги на то, что они ушли.

Мужчины начали потихоньку разминать затекшие конечности и двигаться. Оба офицера поднялись на насыпь и при свете умирающего дня обозрели окрестности через полевой бинокль. Через минуту капитан тронул Алекса за плечо:

– Похоже, старина, вон там какое-то хозяйство.

Алекс повернул голову вправо и через двойные стекла увидел коровник, в котором прятались они с Гаем Катбертсоном.

– Да… правда, – деревянным голосом сказал он, опуская бинокль, словно от этого усадьба могла исчезнуть.

– Какая удача для нас, – продолжал капитан. – Мы возьмем лошадей и пошлем пару человек назад в Ландердорп. Вместе с паровозом прибудут рабочие и разберут завал.

Алекс похолодел, внутри у него все застыло.

– Думаю, нам не стоит…

– Благодарение Богу, мы окажем помощь раненым. Годфри и Дэвис бредят, остальным нужна вода и перевязка.

Он стал спускаться, и Алекс пошел за ним, видя, как сквозь рукав офицера проступает свежая кровь. Он почти съехал по крутой насыпи, в голове гудело. Как он может позволить им прийти в дом Хетты и под дулом ружья потребовать лошадей да еще еды для пятидесяти человек в военной форме? Он поймал капитана за рукав, и тот обернулся.

– Послушайте, я… мне на самом деле знакомо это место. Когда я бежал из Ландердорпа, мы с одним парнем укрывались там. Я… я знаю этих людей.

– Отлично. Они англичане?

– Нет.

Собеседник внимательно посмотрел на Алекса:

– Кто же они?

– Майбурги… молодая девушка и ее дед.

– Настроены дружески? Ну, поскольку они вас укрывали…

Алекс начал злиться.

– Мисс Майбург сделала это из гуманных соображений. Старик убил бы нас, если бы узнал об этом.

– Хм… В таком случае, придется его изолировать. Алекс снова остановил капитана, когда тот двинулся вперед.

– Я думаю, нам не следует идти туда.

– У нас нет выбора, вы что, не видите? Тогда ему пришлось сказать и это:

– Усадьба используется бурами как база. Мы можем на них нарваться.

– Понятно. Мы вышлем вперед разведчиков и пойдем туда с предосторожностями. – Он снова смерил Алекса долгим внимательным взглядом. – До этого момента вы принимали абсолютно верные решения. Некоторым из наших людей нужна срочная помощь. Если у вас есть личные причины держаться подальше от усадьбы, забудьте о них. Старший здесь я, и это мое решение. Подготовьте своих людей к переходу.