Джудит была не в силах оторвать глаз от молодого офицера. Темно-зеленый мундир с серебряными шнурами делал его похожим на странствующего рыцаря, ворвавшегося в ее жизнь из овеянных веками преданий. Темные каштановые волосы мягкими волнами спускались на высокий лоб, доходя на затылке до края жесткого форменного воротника. В его взгляде было что-то скрытное и загадочное – и это еще больше привлекало Джудит. Девушка почувствовала, что каждый раз, когда Алекс смотрел в ее сторону, у нее замирало сердце.

Ее взгляд упал на пальцы Алекса, сжимавшие бокал с вином. И она тотчас же представила себе, как он сжимает этой рукой ее ладонь, как сплетаются пальцы их рук. Алекс наклонил голову немного вперед – наверное жесткий воротник мундира давил ему сзади на шею, – но в этом движении было столько царственного достоинства и красоты, что Джудит едва удержалась, чтобы не вскрикнуть. За двадцать два года жизни эта девушка встречала разных мужчин: одни казались ей забавными, другие вызывали в ее нежном сердце сочувствие, иные внушали почтение… но впервые ей захотелось остаться с мужчиной наедине, сплести с его пальцами свои, слиться с ним в сладостном объятии.

Когда в гостиную зашел старый дворецкий и объявил, что стол накрыт, Алекс галантным жестом помог Джудит подняться со стула, слегка придерживая ее за локоть… От этого прикосновения по всему телу девушки пробежал озноб… Алекс с иронией взглянул ей в лицо:

– Тебе холодно? В теплый июньский вечер?

И тут Джудит со всей ясностью поняла, что этот молодой человек имеет над ней неограниченную власть. Если бы он только знал это, он мог бы больно ранить ее, не говоря ни единого слова. Когда наконец наступит этот момент и Алекс спокойным тоном сделает ей предложение, она должна будет принять его с таким же спокойствием и внешней невозмутимостью.

Когда оба Рассела и их гостьи расселись за столом и приступили к ужину, беседа поначалу касалась самых отвлеченных тем: светских новостей, рассказов о политической жизни… Сэр Четсворт намеренно не заводил разговор о своем сыне, чем только раздразнивал любопытство обеих вдов. Наконец пожилые дамы не выдержали и сами попросили Алекса рассказать о своих успехах на военном поприще.

– Боюсь, что это окажется вовсе не так интересно, – начал Алекс. – В течение последних трех месяцев я занимался изучением весьма специфических дисциплин: как, например, построить отряд в колонну по два, а потом перестроить его в три шеренги; как скакать на лошади во время парада; как обходить с фланга подразделение противника и что делать в том случае, если этот маневр не удался. По вечерам я штудировал учебники по военному делу и войсковые уставы, – правда, иногда приходилось посвящать часы перед сном еще более утомительному занятию: присутствию на скучнейших полковых ужинах в компании занудных престарелых полковников.

Алекс отхлебнул немного вина и продолжил:

– Армейская жизнь почти не оставляет времени для досуга, тетушка Пэн… Впрочем, я полагаю, что мой отец уже рассказал вам обо всем этом.

Закончив фразу, молодой человек одним движением опрокинул бокал себе в рот, допивая его содержимое, и тотчас же подал знак дворецкому налить еще вина.

– Говорят, что скоро в нашем полку будет устроен большой бал. Если к тому времени я справлюсь с очередной кипой уставов, буду рад видеть вас на этом вечере. Не сомневаюсь, что вечер в обществе настоящих офицеров и настоящих джентльменов доставит вам большое удовольствие.

Миссис Девенпорт с некоторой прохладцей посмотрела на Алекса.

– Дорогой Александр, – проговорила она. – Я достигла такого возраста, когда наибольшее удовольствие доставляет тишина и покой… К тому же, если офицерский состав твоего полка состоит исключительно из «занудных престарелых полковников», да еще таких ветреных юнцов, как ты, то, пожалуй, лучшими партнерами на этом балу будут для господ офицеров сами же господа офицеры, в джентльменских качествах которых я, естественно, нисколько не сомневаюсь…

Алекс широко улыбнулся:

– Пожалуй, я немного сгустил краски, тетушка Пэн… Прошу вас не принимать мои слова всерьез и не обижаться. Даю вам торжественное обещание, что господа полковники не будут ни занудными, ни престарелыми… Что же касается молодых офицеров, то их ветреность, увы, никуда не денется.

К великому изумлению Джудит, тетушка расхохоталась:

– Ну, раз так, мы обязательно пойдем на этот бал, Александр.

– Ну конечно же пойдем, – подхватила миссис Берли. – Более того, мы бы приняли твое приглашение даже в том случае, если бы имели другие планы на этот день. Мы бы все отменили и отправились в твой полк. Не так ли, Джудит? Кстати, когда он все-таки должен состояться?

– Если ничего не изменится, на следующей неделе, – ответил Алекс.

– Честно говоря, я сразу не припомню, какие у нас планы на следующую неделю, – как бы между прочим бросила Джудит, стараясь не показать волнение.

– Что ж, не получится так не получится, – ответил Алекс. – В таком случае буду рад видеть вас на следующий год. Я пока что не собираюсь уходить из армии.

Когда последнее блюдо было доедено, хозяева и гости поднялись из-за стола и перешли в гостиную, где им подали кофе. Поскольку в доме Расселов не было хозяйки, мужчины были вынуждены сами развлекать приглашенных дам, лишившись возможности спокойно посидеть за бокалом портвейна с сигарой во рту. Джудит отметила про себя, что оба джентльмена, по всей вероятности, были отнюдь не в восторге, что пришлось отказать себе в этом маленьком удовольствии.