— Куда бежим-то? — задыхаясь от усилий, прокричала она.

У Карен не было ответа. Сначала — огонь, теперь — вода… В другой ситуации она смогла бы оценить эту иронию. Но только не сейчас. Впереди тянулся темный проход. И он быстро заполнялся холодной водой.

26 июля, 17 часов 45 минут

К северо– западу от атолла Эневак, Океания

В своих любимых красных плавках и белом махровом халате, Джек отдыхал в длинном шезлонге на носовой палубе. Его волосы были еще мокрыми после душа, но быстро сохли под лучами теплого послеполуденного солнца. Элвис, его пес, разлегся рядом с шезлонгом.

Дальше на палубе под солнцем отсвечивали обтекаемые формы «Наутилуса». Роберт дюйм за дюймом обследовал его титановый корпус, а Лиза делала то же самое изнутри. Пока все говорило о том, что подлодка с честью выдержала испытание неведомой ей доселе глубиной. Единственное, что беспокоило Лизу, были непонятные сбои в радиосвязи, поэтому она приступила к тщательной проверке бортового компьютера и коммуникационной системы, пытаясь выявить возможные причины неполадок. Пока ей это не удавалось.

— Как твоя челюсть?

Адмирал Хьюстон возлежал в соседнем шезлонге, наслаждаясь кубинской сигарой из неприкосновенного запаса Джека. Свободной рукой он гладил Элвиса между ушей, и пес блаженно подметал палубу хвостом.

— Бывало и хуже, — откликнулся Джек, прикоснувшись к щеке. На самом деле челюсть все еще ныла.

Хьюстон выпустил облако душистого дыма и довольным взглядом посмотрел на сигару.

— Кубинский табак. Я нарушаю столько законов…

— Но оно того стоит, не так ли?

— О да! — с воодушевлением ответил адмирал, снова сунув сигару в рот и зажмурившись от удовольствия.

Помимо адмирала и двух его помощников, посторонних на борту «Фатома» больше не осталось. «Черные ящики» с борта номер один были упакованы и спешно отправлены на «Гибралтар» в сопровождении вооруженной охраны — Дэвида Спенглера и еще нескольких правительственных следователей. Адмирал остался на «Фатоме», приказав поставить его в известность сразу же, как только будут получены первые результаты расшифровки информации с самописцев.

— Итак, если я правильно понял, встреча старых друзей прошла не совсем гладко? Вы с коммандером Спенглером не сумели забыть старые обиды?

— А чего вы ожидали? — Джек поудобнее устроился в шезлонге. Сначала «Гибралтар», потом адмирал Хьюстон, а теперь еще Дэвид Спенглер. Более десяти лет он убегал от своего прошлого и в итоге оказался в начале пути. — Ничего не изменилось, — со вздохом проговорил Джек. — Дэвид ненавидел меня еще до катастрофы «Атлантиса». Злился из-за того, что я занял его, как он полагал, место на борту челнока.

— Ты тут ни при чем. Так решило НАСА.

— Ага, скажите это Спенглеру! Вечером накануне старта мы с ним так поцапались, что меня едва не отстранили от полета.

— Я помню. Он узнал, что ты уже целый год встречаешься с его сестрой — с тех пор, как вы познакомились в Центре подготовки астронавтов НАСА. — Адмирал указал кончиком сигары на разбитую губу Джека. — И похоже, он до сих пор тебя не простил.

Джек покачал головой.

— Он потерял сестру. Кто может осуждать его за это! — Ты можешь. «Атлантис» — не первый челнок, потерпевший катастрофу. Каждый из членов экипажа знал, на какой риск он идет. — Адмирал яростно впился зубами в сигару. — Кроме того, в мистере Спенглере есть нечто такое, что мне никогда не нравилось. Под его холодной, сдержанной внешностью постоянно клокочет ненависть. Неудивительно, что он оказался в ЦРУ, под началом генерала Николаса Разикова. Эти две акулы друг друга стоят.

Слова адмирала удивили Джека, и это, видимо, отразилось на его лице.

— Опасайся этого парня, Джек. — Горящий кончик сигары вновь оказался направлен в опухший глаз Джека. — Никогда не поворачивайся к нему спиной и всегда будь начеку, если он где-то поблизости.

Джек вспомнил ненависть, горевшую в глазах Дэвида, когда тот прошипел: «Ничего еще не кончено, Киркланд!»

— Если бы только я заметил неполадку несколькими секундами раньше или… крепче держал Дженнифер за руку.

— Все мы сильны задним умом, Джек, но это не помогает нам время от времени вляпаться в дерьмо. Человек не способен увидеть все пули, летящие в его голову.

— Когда вы успели стать философом?

— Возраст дарует мудрость, — ответил адмирал, стряхнув щелчком пушистый пепел сигары.

С другого конца палубы, высунувшись из кабины «Наутилуса», махала рукой Лиза. Недовольно ворча, Джек приподнялся в шезлонге и крикнул:

— Что?

Лиза снова принялась жестами звать его к себе.

— Ладно, иду!

Он встал с шезлонга, и адмирал приготовился следовать за ним.

— А вы отдыхайте, — остановил его Джек. — Я сейчас вернусь.