— Сэм?.. С добрым утром, — удивленно сказал он. Из вежливости девушка слегка улыбнулась, но Эйдан, похоже, истолковал это несколько иначе и, развернувшись, подплыл прямо к ней. — Отличная погода для катания, — дружелюбно заметил он.

— Пожалуй. — Посмей он упомянуть о вчерашнем вечере, и она, не раздумывая, повернулась бы к нему спиной и удалилась. Хотя, учитывая волны, сделать это с достоинством было бы трудновато. Но раз уж речь зашла о погоде — самой нейтральной из тем, — вряд ли стоило угрюмо молчать в ответ. В конце концов, у него она арендует дом.

— Раньше я никогда здесь не катался, — продолжал он, явно решив во что бы то ни стало разговорить ее. — Волны здесь отличные.

— Да, — сухо отозвалась Сэм. — При юго-восточном ветре поднимаются на десять футов. Впрочем, для вас это, наверное, слабовато: вы ведь привыкли отдыхать на Гавайях и в Калифорнии.

— Возможно, — он насмешливо взглянул на нее. — Но сейчас я не на Гавайях и не в Калифорнии. Я здесь, в Корнуолле. А я всегда стараюсь извлечь как можно больше удовольствия из того, что имеется под рукой.

На это Сэм промолчала — просто не нашлась что сказать. Мысли словно разбежались. Зато она остро ощутила, как плотно обтягивает купальный костюм все изгибы и выпуклости ее тела. К счастью, в этот момент она развернула серфборд прямо навстречу волне, плывя к самому пенящемуся водовороту на гребне.

— Я видел, как вы катались. Здорово получается. Где научились? Прямо здесь?

— Нет. — Черт возьми, почему она не может просто послать его подальше. — Дома.

— Дома?

— В Суонси, — нехотя пояснила она.

— Понятно. Там неплохие пляжи.

— Вы бывали там? — удивилась Сэм.

— Бывал раз или два. У одной из моих компаний там собственность.

— Ясно. — «У одной из моих компаний там собственность» — и говорит это так легко, словно речь о машине или о телевизоре. Держись от этого парня подальше, Сэм, мрачно подумала она. Он тебе не пара в деньгах, в сексе, да и во всем.

— Вы там часто катались на серфборде? — спросил он.

Господи, до чего же настырный! Она кивнула.

— Когда училась в школе. Вернее, должна была учиться, — добавила она с печальной улыбкой.

Он тоже улыбнулся, заставляя ее сердце биться сильнее.

— Так вы часто прогуливали?

— Довольно часто. Да… — произнесла она, снова вспоминая те злосчастные годы, когда ей приходилось учиться в одном классе со своей ненавистной кузиной, не упускавшей ни малейшей возможности посудачить на ее счет: начиная с того, что вся ее одежда была с чужого плеча, и кончая тем, что разболтала, как Сэм однажды набила лифчик ватой, чтобы придать фигуре большую пикантность.

— Значит, вы тоже были бунтаркой?

— Наверное. Во всяком случае, я всегда была не такой, как все. Единственный предмет, который я любила, было искусство. — Странно, но она совсем позабыла, что не хотела разговаривать с Эйданом. Солнце приятно пригревало спину, она неторопливо покачивалась на волнах, сложив руки на доске и уткнув в них подбородок. — У нас была классная учительница — миссис Мейсон, но нам она разрешала называть ее Мэгги. Она единственная, с кем я ладила. Она научила меня работать с оргстеклом и с папье-маше. Однажды я даже победила на конкурсе юных скульпторов. — Глаза Сэм светились от гордости. — Я сделала кошку. Лапа получилась немного кривоватой, но судьи, похоже, не заметили. Мне дали приз. Шерил — моя кузина — разбила ту кошку, — со смехом добавила она. — Взяла и села на нее. Сказала, будто нечаянно, но на самом деле нарочно. Только она забыла про каркас из проволоки и порвала свою любимую юбку!

Он от души рассмеялся вместе с ней. У Сэм возникло чувство, что никто прежде не интересовал его так, как она. Никто.

— Так ей и надо, — горячо проговорил он. — Ну, а после школы? Поступили в художественный колледж?

Сэм кивнула.

— Тетя Мэг меня, конечно, не пускала. Говорила, только зря потратим деньги. Хотела, чтобы я нашла «настоящую» работу, где-нибудь в банке, как Шерил, но я уперлась и ни в какую. Так что платить за учебу пришлось самой: работала в гостиницах, в ресторанах официанткой или на кухне. Где угодно. Вот так я наконец и продала свою первую скульптуру.

Эйдан с интересом слушал.

— Прошлым летом я работала в одном ресторане в Торки, — пояснила она. — Его хозяину как-то попались на глаза мои деревянные скульптуры, и он попросил сделать что-нибудь для витрины. Потом еще несколько человек сделали заказы, а одну из фигур увидела хозяйка галереи из Сент-Айвса и предложила сдавать их ей на продажу. Вот так. Конечно, фурора они не произвели, но мне удалось заработать достаточно, чтобы позволить себе заниматься этим почти все свободное время.