— Тогда я первым, — вздохнул Федор. — А то мне Сотников башку оторвет, если с его сынком что случится.

— Я сам, — Димка упрямо мотнул головой. — Я предложил, я и разберусь. А с тобой, Федь, мы еще поговорим о моем отце и его трогательной заботе. Позже.

— Вот она, человеческая благодарность в практическом применении! — Федор скорбно покачал головой.

Второй замок удалось выбить прикладом автомата минуты за три. Других инструментов под рукой не нашлось, а стрелять в замкнутом помещении Димка не рискнул — можно было запросто покалечиться от рикошета.

К этому времени со станции подоспела «тревожка» — группа быстрого реагирования из шести основательно вооруженных и хорошо экипированных бойцов. По знаку Шрама могучий тип в тяжелом бронежилете оттеснил Димку плечом, пинком распахнул дверь и ворвался внутрь.

Обошлось без сюрпризов, никто не пострадал. А вот помещений оказалось несколько — анфилада небольших комнат, ведущих одна в другую, — пустых, заброшенных. Только в первой имелась кое-какая мебель — стол, пара древних, продавленных до основания офисных стульев да стальной шкафчик высотой в человеческий рост слева от входа. Но никаких вещей из личного имущества — ни оружия, ни снаряжения, ни посуды, ни тряпок.

Бойцы разбрелись по помещениям, настороженно осматриваясь. Димка достал фонарь, защелкнул на автомате и двинулся следом. Луч выхватывал торчавшие из стен проржавевшие остатки креплений, на которых когда-то висело давно растащенное оборудование. Обрывки кабелей, разбитые выключатели, распотрошенные ящики электрощитов. Еще парочка металлических шкафов под инвентарь, таких же, как в первой комнате, но основательно раздолбанных, с перекошенными дверцами и стенками, словно какие-то вандалы вымещали на них злость. Довершала картину запустения плесень и крысиные трупики по углам. Затхлый, сырой воздух не лез в горло, и Димка все сильнее чувствовал нарастающее отчаяние. Неужели все зря? И смерть Испанца — напрасна? И сон — всего лишь сон?

— И это берлога? — увиденное озадачило даже Шрама. — Так, хлопцы, ищем внимательнее. Для чего-то ведь сталкеры сюда шастали.

По какому-то наитию Димка вернулся в первую комнату. Словно невидимая рука потянула его, а затем подтолкнула в спину. На этот раз он, подсвечивая фонарем, внимательно осмотрел вентиляционные отверстия под потолком. Нет, слишком малы, человеку там не пролезть. Он сдвинул стол, но и осмотр пола под ним тоже ничего не дал. Пыль. Толстый слой пыли и множество следов — вот и все… Секунду… Вот именно! Натоптано только в первой комнате, причем даже не перед столом, а перед шкафом. В остальных помещениях давно никто не бывал, пока не наследили бойцы. Ответ был где-то рядом. Иначе какого черта тогда Натуралист здесь делал?

Вспомнились уклончивые слова сталкера: «Записку оставил. Я ведь не один эту берлогу использую. У нас тут… свои дела. Вас это не касается».

«Вот гад! Дела тут у них… Если Натуралист действительно к этому причастен… Ведь в глаза лгал. Нагло и беззастенчиво. И бауманцам, и другим сталкерам. Лживая двуличная тварь. Недаром он мне никогда не нравился».

Димка с силой пнул шкаф, вымещая на неповинном железе злость, бродившую в душе шершавым, не дающим свободно вздохнуть комом. Громыхнуло. От удара шкаф со скрипом сдвинулся на пару сантиметров.

— Кто там буянит? — донесся из темноты, расцвеченной зайчиками фонарей, неприязненный голос Шрама.

— Ты чего, Димон? — шепотом спросил Федор, появившись рядом, словно привидение.

Димка, не отвечая, ухватился за угол шкафа, надавил. Тот пошел в сторону, словно по накатанной. Федор тут же присоединился. В четыре руки шкаф легко сдвинули на метр, и Кротов присвистнул. В стене зияла аккуратно выдолбленная дыра, в которую вполне мог протиснуться взрослый человек, лишь слегка пригнувшись. Выставив перед собой дуло автомата, Димка присел и повел лучом.

Почти такое же пыльное смежное помещение, как и то, в каком они находились. Только дверь здесь отсутствовала — луч неожиданно провалился в темноту, высветив стены за проемом, который вел в коридор сразу за железным тупиком.

— А тупичок-то для отвода глаз, — хмыкнул Федор.

— Что и требовалось доказать, — угрюмо обронил Димка, решительно протискиваясь в дыру.

— А ну стой! Дмитрий Михайлович, куда это ты намылился без моего разрешения? — Шрам пролез следом за бауманцами, сердитым окриком осадив Димку, уже собравшегося двинуться вперед для изучения коридора. За ним, недовольно ворча, потянулись бойцы тревожной группы — из-за снаряжения им было не так просто, как тем, кто был налегке.

— А вы говорите, Виктор Викторович, — куда бы он делся! — Димка усмехнулся. Выходит, бородач мог уйти, если бы не стал тратить время на пальбу. — Кто бы мог подумать…

— Стоять, я тебе сказал! Вперед пойдут опытные люди!

— Я тут просто так торчать не собираюсь!

— Да пусть идет, Виктор Викторович. Я его знаю, упрям, как стадо ослов. — Федор похлопал Димку по плечу. — Пока шишку на лбу не набьет, не успокоится.

— Спасибо за лестный отзыв, Федь. Виктор Викторович, а если там еще один, такой же, как Испанец? Которого увидеть смогу только я?