Уважаемого османского посла поселили на одном из степных хуторов километрах в десяти от Черкасска, он сам этого захотел, и переговоры назначили на завтрашний день. И как только уладили это дело, появился второй дипломат. Представитель армянских патриотов и бывший посол России в Персии Израиль Ори. Очень подвижный смуглый человек с густыми курчавыми волосами лет около сорока пяти, передвигавшийся по осенней распутице на лошади в сопровождении десятка наемных всадников из астраханских конных стрельцов.

Что можно было сказать про Израиля Ори после первой встречи и краткого разговора? Мутный тип и авантюрист. Ни больше и ни меньше. В свое время прибежал с Кавказа к Петру Первому искать защиты от турок. Позже, прижился в России и, незадолго до смерти первого всероссийского императора, был отправлен послом в Исфахан. При дворе Солтана Хусейна начал активно интриговать, был замечен в сношениях с мятежным афганским вождем Мир Вейсом и бежал обратно в Россию. Высадился в Астрахани, осмотрелся и, почему-то, направился не в Москву, а к нам, и перед своим приездом прислал гонца, что он посол России на Дону. И вот, приезжает этот человек к нам и к нему вопрос. А где ваши верительные грамоты? Их нет? Тогда какого черта ты к нам приехал и объявляешь себя послом? Ах, хочешь просить помощи против турок и персов? Тогда все понятно, поворачивай коней и скачи куда пожелаешь, можешь на север, в Москву, или на юг, в Армению. С персами мы сами разберемся, а с османами у нас мир и дружба, и когда мы с ними рассоримся, тогда и возвращайся.

Израиль Ори повернул на север, видимо, на родине ему делать было нечего, а Кондрат, конвой и мы с Корчагой, остались на месте и вскоре показались горцы, полсотни воинов на отличных кабардинских кобылицах. Все как один в бурках, мохнатых папахах, и при богатом оружии. Впереди и позади этого отряда по десятку казаков из армии Банникова, которые присматривают за ними. Так у нас появились Сурхай-хан Казикумыкский, Дагестанский уцмий Ахмед-хан и суннитский священнослужитель Хаджи Давуд.

Встретили их тепло, без братания, конечно, но вежливо. Проводили к Черкасску и, подобно туркам, поселили на хуторе, только с другой стороны городка, поближе к Дону. Поначалу думали, что переговоры начнутся через пару деньков, когда мы проводим Алея-агу. Однако Сурхай оказался человеком дела, только расположился под крышей, и у огня обогрелся, как сразу предложил заключить военно-экономический союз против персов. Кондрат не возражал, своим статусом не чванился, сел за стол переговоров, и через три часа была готова черновая копия договора между Ханством Казикумыкским и Войском Донским. Писать эту бумагу пришлось мне, это уж как водится, когда я нахожусь рядом с батей, так что о чем договорились два вождя я знал не понаслышке.

Казаки и войска казикумыков должны были действовать против персов, не соприкасаясь, но по возможности, были обязаны учитывать планы своих союзников. Горцам было разрешено покупать на Дону и в Астрахани оружие и порох, и там же сбывать свои товары и трофеи. Два казачьих Войска, Донское и Терское, претендовали на территории Дербентской, Кубинской и Бакинской провинций. Армии Ханства Казикумыкского на территории Шекинской, Гянджинской, Ширванской и Карабахской провинций.

Такими были основные пункты этого договора и, оставив горцев отдыхать после дальней дороги и обсуждать соглашение с Доном, мы с отцом направились домой. Наши кони шли бок о бок, дело было к вечеру, с реки поддувал свежий ветерок и начинало примораживать. Отец повернулся ко мне и спросил:

– Как тебе Сурхай?

– Серьезный мужчина. Сходу сообразил, что мы в силе, и уже не только на Шемаху нацеливается, но и на соседние города.

– Точно. А про личность чего-нибудь скажешь?

– Умен, хитер и коварен, но имеет понятие о чести. Чем-то напоминает горного барса, походка мягкая и, не смотря на то, что у него нет левой ладони, я бы с ним драться остерегся.

– Это точно, боец он знатный. А знаешь, как он руки лишился?

– Нет. Расскажи.

– Несколько лет назад умер прежний правитель Казикумыка Али-бек, и после себя он оставил только внуков. Они, как водится, сцепились за власть, и дошло до оскорблений. После этого, само собой, выход один, бой насмерть. И Сурхай, в одиночку, вышел против семерых двоюродных братьев.

– А каким оружием бились?

– Бились они на кинжалах, и Сурхай победил. Троих братьев сразу убил, а четверых тяжело ранил, и они позже скончались. В этом бою он лишился левой ладони, и с тех пор носит прозвище Чолук, что значит Безрукий.

– Интересная история.

– Ну, да. Ты завтра со мной?

– Нет, своими делами займусь.

– Как знаешь.

Войсковой атаман чуть взбодрил своего коня нагайкой, вырвался вперед, и все остальные казаки последовали за ним. Еще один день жизни пролетел незаметно, и как бы мне не хотелось подольше побыть рядом с отцом, пришла пора приступать к осуществлению своих планов, а то за Кондратом можно всю зиму хвостом пробегать и нигде не успеть.