Химородник подскакал к нам, убедился в том, что мы живы и почти здоровы, кивнул мне в сторону от обозной колонны и сказал:

– Поговорим.

Я не возражал и, выехав в степь, спросил:

– Как ты здесь оказался Светлояр?

– В Черкасске инквизитора повязали, и при допросе он показал, что за тобой четверо его товарищей выехало, а с ними наемные гультяи из поволжских разбойников. Воинам Христовым была поставлена задача - закрепиться на нашей территории, но больно ты резво в гору пошел, большую популярность себе среди казаков заработал, и решили они тебя сейчас остановить и не ждать распоряжений из Москвы. Разумеется, как только мы про это узнали, я за тобой следом кинулся. Лошадей гнали так, что два раза их менять пришлось и, верстах в десяти от Бахмута, при повороте на объездную дорогу, обнаружили наших наблюдателей, которые за тобой присматривали. Обоим горло перерезали и в придорожных кустах бросили.

Чермный примолк, а я произнес:

– Вона как, а я думаю, куда это сопровождение подевалось...

– Скорее всего, они тебя потеряли, и решили вас с Митяем в Бахмуте перехватить, а видишь, как сложилось, расслабились, подпустили врага близко и погибли.

– Ну, а инквизиторы меня как нашли?

– На объездной дороге вас с Митяем чумаки видели, которые к Дону обоз с солью вели. Мы их по дороге встретили и опросили, а перед нами с ними разговаривал некий благообразный святой отец. Вот и обнаружили вас.

– А мы отбились.

– Вижу, что отбились.
– Химородник перегнулся с седла и распахнул мой полушубок, посмотрел на залитую кровью рубаху, кафтан и амулет, и недоверчиво покачал головой.
– Как же ты выжил?

– Не знаю.

На всякий случай я решил никому про артефакт не говорить. Чермный все понял правильно, в душу лезть не стал и сказал:

– Перед Бахмутом в реке отмоешься и переоденешься. Чистую одежду тебе дам.

– Хорошо, - согласился я.

– Но учти, - мой основной наставник по фехтованию усмехнулся.
– Про схватку расскажешь во всех подробностях.

– Обязательно.

Не сговариваясь, мы повернули обратно к обозу. Василь Чермный выслал в степь своих воинов, наверное, надеялся обнаружить отряд с прятавшимся ночью в степи инквизитором, а я в очередной раз прокрутил в голове все минувшие события и пришел к выводу, что в дальнейшем надо быть осторожней.

– Ты уходишь?

Я обернулся и посмотрел на свою невесту Алену Захарову, которая стояла у окна, и на покрытом изморозью мутном стекле окна чертила одной ей понятные знаки и руны. Невысокого роста хрупкая шестнадцатилетняя девушка. Миловидное лицо, щечки с очаровательными ямочками, небольшой прямой носик и роскошные белокурые волосы, локонами спадающие на покатые плечи. Красивая грудь, не смотря на юный возраст, уже ясно различимая под простым, но ладно сшитым платьем темно-коричневого цвета, и стройные ножки, лишь краешком выглядывающие из-под него. Но самое главное во всей ее внешности, это, конечно же, глаза, светло-синие, цвета морской волны, очень умные и добрые, но порой, как я уже успел убедиться, холодные и беспощадные.

"Хороша девочка", - привычно подумал я и, накидывая на себя легкий тулупчик, ответил:

– Да, ухожу милая. Дела.

– А можно я с тобой пойду?

В общем-то, я направляюсь не в самое спокойное место в Черкасске, но девушка будет со мной, так что вполне можно прогуляться вместе.

– Собирайся, - согласился я, и добавил: - Однако учти, всегда будь рядом, глазки никому не строй и домой не просись. Пока я не решу свои вопросы ты будешь сидеть в сторонке и молчать. Договорились?

– Так и будет!
– Алена кинулась к большому платяному шкафу и, открыв его, спросила: - Как мне одеться?

– Простенько и без всяких украшений. Жду тебя внизу.

Покинув комнату девушки, я спустился вниз, присел в пустой горнице на лавку и вспомнил минувшие две недели своей жизни, четырнадцать дней, которые заставили меня на многое посмотреть иначе и немного повзрослеть.

Пришла щедрая на снег и метели зима, и первый ее месяц пролетел совершенно незаметно. Мне было чем заняться, и оттого дни не замечались. Вроде бы только недавно еще осень была, а тут уже январь. Думал отдохнуть, но куда там, забот становилось все больше, я бегал, как ужаленный, и пытался везде поспеть, ибо время дорого, скоро весна и новый поход, а на хозяйстве оставить некого.

Ладно, кирпичный заводик, ожидаемая забота. Пока это пресс поставят, да пока печи для обжига сделают, да сколько времени рабочие на расчистку карьера потратят, так что дай боги, первая партия кирпича будет только к августу. Но ведь и помимо моего первого заводика прожектов было немало.

В частности, картофель, три мешка которого мне без всяких проблем привезли торгующие с Турцией купцы. Как оказалось, там его уже целыми полями высаживают и на урожаи не жалуются. И вот, имеются у меня клубни. А что с ними делать? По весне я покидаю столицу, а кто будет сажать заморские земляные яблоки, учить людей основам картофелеводства и вовремя пропалывать грядки? Кинулся, а поручить это дело некому, так как нет рядом нормального ответственного агрария. Пришлось в срочном порядке писать инструкцию по разведению картофеля и указывать в ней приблизительные сроки посадки, прополки и сбора урожая, а потом искать достаточно грамотного крестьянина, который за небольшую мзду согласился заняться этим делом.