— Я везде смотрел, — признался Питер, вытирая пот со лба.

Он встретился взглядом с доктором и замер, приоткрыв рот.

Голова закружилась. Да что там голова. Ему стало так плохо, будто он заболел. Глаза Деверу… Они были совсем черные. Если смотреть в них долго, тогда… тогда…

Питер встряхнулся, приподнял шляпу и быстро сказал:

— Благодарю вас, сэр, я сам разберусь.

Доктор величественно кивнул.

— Как хотите, мистер…

И до самой смерти Питер не мог понять, почему ответил:

— Кавендиш. Мартин Кавендиш.

— Кавендиш, — медленно повторил Деверу. — Приятно познакомиться.

Он еще раз приподнял цилиндр.

— Если вам понадобится помощь, смело обращайтесь ко мне. Мы с труппой остановимся неподалеку от лагеря.

— Спасибо за предложение, сэр.

Питер кивнул и отошел. Он нутром чувствовал подвох. Неизвестно почему, но на Деверу он взглянуть не мог без содрогания. Лучше было убраться отсюда побыстрее.

Джинни. Она прячется в фургоне. Внезапно он почувствовал это с такой же уверенностью, с какой понял, что девочка не зря испугалась доктора. Что-то здесь было не чисто. Им грозила беда.

Не оборачиваясь, Питер зашагал к своей повозке. Вскочил на сиденье, схватил вожжи. Вот хорошо, что лошадей не распряг!

— Джинни? Ты тут? — позвал он через плечо.

— Тссс, — шепнула девочка. — Он услышит!

— Все будет хорошо. Поехали.

Он стегнул лошадей. Деверу как раз садился в свою повозку. Приподняв шляпу, он поглядел вслед фургону. В темноте лица было не разглядеть, но Питеру представилось, что в глазах доктора горит неутолимая злоба. Катерса неизвестно почему бросило в дрожь, но он, как ни в чем не бывало, дернул вожжами и крикнул:

— Ийи-х-ха!

Лошади пустились галопом, и повозка исчезла в ночи.

«Не остановлюсь, пока до Сиэтла не доедем», — подумал Питер.

Доктор Деверу, которого на самом деле звали Поль Деверо, проводил взглядом фургон Кавендиша. Почти неразличимый в темноте шарабан, чьи деревянные борта освещали одни лишь звезды, увозил весьма любопытный груз: мужчину и девочку. В ее жилах текла ведовская кровь. Деверо чувствовал это, как если бы девчонка пахла как-то особенно.

Кавендиш. Надо запомнить эту фамилию.

Прошло несколько месяцев. Он путешествовал, устраивал представления и продавал свой эликсир. В Сан-Франциско его нашло письмо от друзей из Верховного ковена, которые хранили верность дому Деверо и не отказались бы свергнуть нынешних правителей. Муры по-прежнему сидели на троне и грозили недругам своей властью над временем сновидений, в тайны которого проник старый сэр Ричард, правитель Земли Ван-Димена.

Правда, Мурам было невдомек, что с помощью друзей этот секрет узнали Деверо.

«Нужен только Черный огонь, и тогда мы вернем себе трон», — сказал себе Поль Деверо, читая письмо при свете костра.

Его союзник, некий Эдвард Монро, писал: «Ходят слухи об одном знахаре, который утверждает, что умеет вызывать «пламя черных туч». Как знать, может, он расскажет что-то стоящее. Его племя живет в лесах близ Сиэтла».

— Сиэтл, — задумчиво произнес Поль Деверо. — Очень любопытно.

Холли окончательно вымоталась, нервы были на взводе. Как же она не хотела покидать Сан-Франциско! Разлука с городом далась еще тяжелее, чем год назад. При виде родных мест ее охватили мир и покой, хотя она и понимала: это лишь кажется. И все-таки, закрывая глаза, Холли не могла поверить, что события прошедших месяцев — правда, а не кошмарный сон.

Все ушло. Осталось позади вместе с домом, гулом большого города и туманом, который плотной завесой отделял ее от мира. Теперь вместе с тетей Сесиль и Дэном они пыталис тайком переправить в Сиэтл Барбару Дэвис-Чин и дядю Ричарда.

«Странно! Мы ведь только что его оттуда увозили…» — думала Холли.

Дядя Ричард стал другим. Таким она его никогда не видела. Он хоть и боялся, зато был полон сил и решимости встретить любую беду лицом к лицу.

С Барбарой дела обстояли гораздо хуже. Когда Холли сообщила, что собирается забрать ее из больницы, врачи почти не возражали. Женщина пролежала в коме больше года, и они не знали, как ей помочь.

В Сиэтле кругом подстерегала опасность. Тройственному ковену пришло время показать, чего он стоит. Оставалось надеяться, что вместе они сильнее, чем порознь. Иначе как же им выстоять против Илая, Джеймса и Майкла?