Наконец в кабинет ворвался Андульвар. На его лице застыло выражение страха и ярости, что немало обеспокоило Повелителя. За ним по пятам шел Протвар, таща Джанелль за воротник платья. Когда девочка попыталась вырваться, он схватил ее сзади и поднял в воздух.

— Поставь меня, Протвар! — Джанелль согнула колено и как следует пнула мужчину своей маленькой ножкой прямо в пах.

Тот взвыл и выронил ее.

Вместо того чтобы упасть, Джанелль перекатилась в воздухе и, по-прежнему находясь в футе над полом, разразилась непристойными ругательствами на разных языках, половину из которых Сэйтан не смог даже опознать.

Он заставил себя принять властно-нейтральный вид и неохотно признал, что сейчас не самый лучший момент обсуждать тему «Язык, подобающий юным леди».

— Ведьмочка, возможно, удар в промежность мужчины — действительно эффективный способ привлечь его внимание, но это не та вещь, которую должны делать дети. — Он даже вздрогнул, когда Джанелль перевела взгляд на него.

— Почему это? — вопросила она. — Один друг сказал, что именно так надо поступать, если мужчина схватит меня сзади. Он заставил меня пообещать!

Сэйтан поднял бровь:

— А сам этот друг — мужчина? — Надо же, как интересно.

Однако прежде, чем он успел развить эту тему, Андульвар зловеще пророкотал:

— Са-Дьябло, проблема заключается в другом.

— А в чем тогда? — Нельзя сказать, чтобы ему это было особенно интересно…

Протвар указал на Джанелль:

— Эта маленькая… она… сама рассказывай!

Джанелль стиснула кулачки и прожгла его взглядом:

— Ты сам виноват! Ты смеялся и не хотел учить меня! Это ты меня сшиб!

Сэйтан поднял руку:

— Помедленнее. Чему он должен был тебя научить?

— Он отказался учить меня летать! — обвиняющим тоном заявила девочка.

— У тебя ведь нет крыльев! — рявкнул Протвар.

— И все равно я могу летать не хуже тебя!

— У тебя нет никакого опыта!

— Потому что ты не хочешь меня учить!

— И, будь я проклят, даже и не подумаю!

Джанелль бросила эйрианское ругательство, от которого уши Протвара нервно дернулись.

Лицо Андульвара приобрело зловещий оттенок малинового, а потом он указал на дверь и проревел:

— Вон!

Джанелль помчалась прочь из кабинета. Протвар похромал за ней следом.

Сэйтан прижал кулак ко рту, пытаясь подавить смех. Благая Тьма, как же ему хотелось расхохотаться! Однако выражение глаз Андульвара предупреждало, что если он издаст хотя бы один смешок, то их обоих ждет нешуточный бой без правил.

— И тебе это еще кажется забавным! — проворчал его старый друг, шурша крыльями.

Сэйтан несколько раз кашлянул.

— Полагаю, Протвару сложно поверить, что он проигрывает семилетней девчонке. Я и не знал, что самолюбие воина так легко уязвить.

Мрачное выражение не исчезло с лица Андульвара.

Сэйтан ощутил раздражение.

— Будь благоразумен, Андульвар. Она хочет научиться летать. Ты и сам прекрасно видел, как она балансирует в воздухе.

— Я видел гораздо больше! — отрезал тот.

Сэйтан стиснул зубы и терпеливо сосчитал до десяти.

— Так расскажи мне, что именно.

Старый и единственный друг Повелителя Ада скрестил на груди мускулистые руки и устремил взгляд в потолок.

— Одна из подруг этой негодной девчонки, Катрина, учит ее летать. Но она порхает, как бабочка, а наша Джанелль хочет парить, как ястреб — как эйрианцы. Поэтому она попросила Протвара научить ее. Тот только рассмеялся, что, должен признать, было не самой разумной вещью, и тогда она…

— Полезла в бутылку.

— …спрыгнула с высокой башни Зала.

На мгновение повисла настороженная тишина, а затем Сэйтан взорвался:

— Что?!

— Ты ведь знаешь высокую башню, Са-Дьябло. Ты лично строил это проклятое место! Она забралась на самую вершину по стене и спрыгнула. Ну что, тебе все еще смешно?

Сэйтан стукнул кулаками по крышке стола. Все его тело тряслось от ярости.

— Значит, Протвар поймал ее, когда девчонка падала.

Андульвар громко фыркнул.

— Он чуть не убил ее! Когда Джанелль спрыгнула, он рванулся через край за ней. К сожалению, девчонка стояла на воздухе, примерно футах в десяти под краем башни. Когда Протвар прыгнул, он врезался в нее, и они оба пролетели почти три четверти расстояния до пола, прежде чем он успел выйти из виража.

— Мать-Ночь! — пробормотал Сэйтан.

— И пусть Тьма будет к нам милосердна. Ну и что ты собираешься делать?!

— Поговорить с ней, — мрачно отозвался тот, бросив мысленный импульс в дверь, которая послушно отворилась под его пристальным взглядом. — Ведьмочка, подойди.