Одиссея, почти совершенно отсутствует в его рассказах на пиру у Алкиноя: из всех песен

IX-XII она упоминается только в IX, 317, где о ней вспоминает Одиссей, да и то как-то

случайно. В таких подробных рассказах прямой речи, как в рассказе об эпигонах под

Фивами (Ил., IV, 370-400) или о Калидонской охоте (IX, 529-598), некоторые боги

упоминаются по своему слишком уже известному всем участию в этих событиях. В

остальных же случаях прямая речь у Гомера содержит только ничтожно малое число

упоминаний об «индивидуальных» богах. Афина, например, в «Илиаде» упоминается в

прямой речи всего несколько раз: III, 439, VII, 154, VIII, 287, IX, 254, 390, X, 287, 462, XX,

94, 192, 358, XXI, 299, XXIII, 405, 782; в Од., II, 116, VI, 232, XIV, 216, XXIII, 160, в то

время как в рассказах поэта она упоминается 95 раз (не считая текстов, где она появляется

сама лично). Аполлон в прямой речи в «Илиаде» упоминается тоже не часто: I, 64, 86, II,

371, IV, 288, V, 104, VII, 132, IX, 404, XV, 441, XVI, 97, XXIII, 660, 872, XXIV, 758; в Од.,

IV, 341, VII, 64, 311, XV, 410, XVII, 132, 251, 494, XVIII, 235, XIX, 86, XXI, 267, 338, 364,

XXII, 7. Посейдон в «Илиаде» – IX, 362, XXIII, 306, 584; в Од., III, 178, V, 423, 446, VI,

326, VII, 271, IX, 536.

б) Мифологические противоречия в связи с концепцией бесформенного божества.

Это неопределенное и бесформенное представление о божестве, находимое в прямой речи,

дает возможность разрешить весьма многие противоречия в тексте Гомера, которые всегда

возникали у исследователей ввиду игнорирования этой неопределенности. Так, особенно

Зевс является весьма колеблющимся правителем мира, совершенно непринципиальным и

даже глуповатым, если буквально верить только героям Гомера, выражающим свои мысли

в прямой речи. В «Илиаде» (XV, 220 сл.) Зевс в прямой речи посылает Аполлона привести

в сознание Гектора, лежащего на поле сражения в бессознательном состоянии; а в стихе

242 сл. сам поэт говорит, что Гектора пробудил разум Зевса. По мнению Гектора (719 сл.),

Зевс собирается помочь троянцам овладеть кораблями; однако из картины, рисуемой здесь

самим поэтом, этого нигде не видно. Зевс предлагает богам сражаться по их [278]

собственному выбору (XX, 23-28) на стороне троянцев или ахейцев, потому что иначе

Ахилл сразу победит всех троянцев; но (XXI, 214-217) река Ксанф направляет Ахилла на

бой с троянцами в предположении, что Зевс уже решил вопрос о поражении троянцев

Ахиллом. В «Одиссее» (IX, 275-278) прямая речь Полифема гласит, что киклопы вовсе не

нуждаются в богах и Зевсе, что они будут получше самих богов, что он не боится гнева

Зевса и что он все делает только по собственной воле. Совершенно другое гласит рассказ

самого поэта о киклопах, а именно, что (107-111) киклопы, в надежде на бессмертных

богов, не занимаются никакими полевыми работами, а земля все производит для них

даром, и что Зевс посылает дожди на их виноградники. То Одиссей говорит, что именно

Зевс и боги наказали киклопа (Од., IX, 479) и тем спасли его, Одиссея со спутниками; а то

сам же Одиссей (553 сл.) раздраженно говорит: «Но Зевс моей жертвы не принял, думал

он, как бы устроить, чтоб все без остатка погибли прочные наши суда и товарищи, мне

дорогие». То Ахилл разрушил с помощью Зевса Лирнесс, преследуя Энея, а то не кто

иной, как опять-таки Зевс спасает этого Энея. А затем Ахилл утверждает, что в

дальнейшем Зевс его не будет спасать (Ил., XX, 190-196). Если взять только одно

преследование Одиссея богами, то невозможно понять, преследует ли его Зевс или

Посейдон, или Гелиос, или какое-то вообще божество, или судьба, потому что для всего

этого можно найти опору в речах самого Одиссея. Но все дело в том и заключается, что в

прямой речи у Гомера везде царит неопределенное и бесформенное представление о

божестве или о божествах, которым здесь вообще приписывается всякое добро и всякое

зло и которые мало чем отличаются одно от другого.

В противоположность этому в повествовании самого Гомера, например, колебание