— Один.

— Я согласен, — хмуро заявил Макс.

— Вот и отлично! — Манекенщик обнял приятеля за плечи и увлек к дому. — Я знал, что ты умный парень и не упустишь возможности стать Рокфеллером!

Славка завел Бутырина на веранду, превращенную матерью в оранжерею, и на минутку вышел. Оставшись один, Макс с удивлением принялся разглядывать декоративные растения, которые стояли здесь на окнах, полках и просто на полу.

— У вас здесь как в парке Юрского периода, — сказал он с восхищением вошедшему с бутылкой водки Манекенщику. — Динозавров только не хватает.

— Вымерли недавно, — Славка открыл бутылку и плеснул немного водки в стакан. Глаза у Бутырина сверкнули ярче вспышки фотоаппарата. — Выпей, Макс, но это последняя за сегодняшний день доза спиртного. Ночью нам предстоит серьезное дело, поэтому мозги должны быть чистыми.

Макс выпил водку, ловко поймал помидор, подброшенный Славкой, и закусил.

— Что нужно делать? — деловито осведомился он.

— Сообщу позже, на трезвую голову, — ответил Манекенщик и легонько подтолкнул приятеля к двери. — А теперь топай домой и проспись. У меня еще куча дел.

Любка Зайкина закончила уборку в доме и остановилась перед зеркалом, причесаться. Она не была красавицей — обыкновенная русоволосая девушка с остроносым неприметным лицом. Впрочем, если Любку приодеть да накрасить, она смотрелась бы ничуть не хуже девицы из ночного клуба. Но Зайкина не умела преподать себя, вернее — стеснялась. Косметикой почти не пользовалась, одевалась скромно — в простые неяркие платья чуть выше коленей, либо в обычные джинсы и блузки. Поэтому и ребята на нее не заглядывались — не современная. Любка очень переживала по этому поводу, но поделать с собою ничего не могла.

… Девушка заплела волосы в косу, глянула в окно и обомлела — Славка! Заметалась по комнате, зачем-то переставила на столе вазу с искусственными цветами и едва успела промокнуть вспотевший лоб, как раздался стук. Сдерживая охватившую ее радость, Любка открыла дверь.

— Привет! — ослепил ее улыбкой Манекенщик. Он был в черных джинсах и светлой рубашке из дорогого материала. — Вот, давно не виделись… — Переминаясь с ноги на ногу, парень поправил под мышкой целлофановый пакет.

— Ой, я так рада! — простодушно призналась Любка. — Да ты проходи, проходи!

Манекенщик переступил порог. Он никогда раньше не был в доме Зайкиных и с любопытством огляделся: не густо. Телевизор старенький, мебель потертая, люстра дешевенькая. Из ценностей — одни книги. К ним Славка был равнодушен.

— Ты одна в доме? — Манекенщик пристроил на столе пакет.

Любка кивнула:

— Родители и младшая сестра на даче… Вернутся поздно, — зачем-то добавила она и покраснела.

Славка уселся на стул, развязным тоном произнес:

— Ты извини, что с того дня я не показывался. В институте госэкзамены сдавал — замотался. Ты не подумай…

— Не надо, Слава, — мягко перебила Любка. — Я все понимаю…

Возникла неловкая пауза. Зайкина спохватилась:

— Может быть, есть хочешь?.. Я сейчас!..

— Я сыт! — остановил Манекенщик прыжок Зайкиной в сторону кухни. — Давай-ка лучше фужеры. — Славка вынул из пакета бутылку шампанского и коробку конфет. — Отметим мое окончание института.

Любка все же прыгнула, но к серванту. Достала два фужера и юркнула в кухню, сполоснуть. Прикрыв двери, остановилась и приложила руку к груди, чтобы унять колотившееся сердце.

"Пришел! Пришел!.." — ликовало все ее существо.

…Девушка любила Славку давно — со школьной скамьи. Еще бы — такой красавец. Жили они на разных концах поселка, а учились в одной школе. Манекенщик тремя классами старше. Зайкину, по случаю малолетства, Славка, конечно же, в школе не замечал. Да и когда Любка подросла, тоже не обращал особого внимания, даже не здоровался. Зайкина уж и не чаяла, что судьба толкнет их когда-нибудь в объятья друг другу. Швырнула. Случилось это два месяца назад на вечеринке, куда Любку затащила приятельница. Там было много красивых девушек, но Славка почему-то подсел именно к ней. Любка смутно помнила, что она тогда ела, пила, о чем говорили. Голову от любви Зайкина потеряла давно, а вот невинность — в ту ночь. На следующий день проснулась в чужом доме в одной постели со Славкой. Но Зайкина ни о чем не жалела. Манекенщик был именно таким, каким она его себе воображала — нежный, добрый, заботливый. Думала, будут встречаться, но Славка с того дня не появлялся. И вот…

Любка быстренько вымыла фужеры и вернулась в зал.

Манекенщик встретил ее улыбкой:

— Хорошо тут у вас — уютно. И книг много. Читать, наверное, любишь?

Зайкина мечтательно прикрыла глаза.

— Очень.

— Я тоже люблю. — Славка откупорил бутылку шампанского и стал разливать золотистый напиток в фужеры. — Жаль только, времени на книги не хватает. Ну, давай, Любаша, выпьем за мой диплом.

Зайкина села, пригубила шампанское. Напиток был терпким, душистым, сладким. Точно так же у нее было на душе.