Где-то пронзительно прокричал петух.

"Если есть на свете дьявол, то у него должен быть именно такой голос", — с неприязнью подумал Макс о птице. Он уже жалел о том, что связался с Манекенщиком.

Окно с решеткой из толстых прутьев оказалось слишком высоко. Пришлось свернуть на одной из дверей замок, вытащить из бокса стол и приставить его к стене. В самый раз. Славка вставил монтировку в одну из ячеек решетки, надавил. Нижний край решетки выехал вместе с двумя кирпичами. После небольшого усилия отскочил и верхний. Манекенщик достал скотч, наклеил несколько полос на стекло и ударил по нему. С глухим стуком стекло упало на пол. Пахнуло плесенью. Один за другим приятели влезли в здание.

— Это все патроны, — сказал Славка, осветив фонариком трехъярусные стеллажи и ящики на них. — Ищи гранаты.

В течение получаса приятели осматривали, перекладывали и передвигали с места на место тяжелые ящики, но гранаты так и не обнаружили. Неожиданно наткнулись на бруски, внешне напоминавшие хозяйственное мыло. Бруски были граммов по четыреста, упакованные в прессованный картон.

— Взрывчатка! — определил Славка, повертев в руках брусок. — Ладно, сгодится.

Пошарив еще на стеллажах, нашли в небольшой картонной коробке детонаторы. Макс отыскал пустой вещмешок, подставил Славке. Тот бросил в него штук пятнадцать брусков взрывчатки, несколько детонаторов и затянул на горловине узел. Ребята вылезли в окно и без каких-либо происшествий покинули техническую позицию части.

Несмотря на духоту, окна в комнате наглухо закрыты, шторы сдвинуты. От настольной лампы на полу эллипс света; в нем горка взрывчатки. Было тихо, только бабочка билась за шторой в окно, будто чья-то душа пыталась вырваться на волю.

— Как в "Белом солнце пустыни". Помните, Сухов от такого прикуривал? — произнес Генка, разглядывая брусок.

— Ага! Дизайн со времен революции почти не изменился. — Сидевший рядом с ним на полу Манекенщик тоже взял брусок, зачем-то взвесил его на руке. — Будем надеяться, что и мощность осталась та же.

— На кой черт нам вообще нужна взрывчатка? — хмуро спросил Макс. Он был не прочь пропустить стаканчик, снять стресс, но Славка строго-настрого запретил даже думать о выпивке. — Зачем мы ее взяли? Теперь менты не оставят нас в покое.

— До ментов дело не дойдет, — заметил Манекенщик. — Воинскими преступлениями занимается военная прокуратура, а она не захочет выносить сор из избы и скорее всего замнет это дело.

— У тебя на все есть готовый ответ, — проворчал Макс. — Ладно, выкладывай свой хваленый план.

— Обо всем по порядку, — Манекенщик сдвинул в тень взрывчатку, развернул карту района. — Садись ближе.

Макс перебрался с кровати на пол, вытянул ноги.

— Машина поедет по центральной дороге через наш поселок. Потом у черты города свернет направо. — Палец Манекенщика пропутешествовал по карте. — Дальше "Уазик" закоулками выедет к кладбищу. В этом месте мы их и тормознем.

Генка склонил коротко стриженную голову над картой.

— Но почему машина едет проселочной дорогой? Ведь на завод ведут еще три другие — асфальтированные.

— Этот путь самый короткий, хотя и менее удобный.

— Вот-вот, — подхватил Бутырин. — А вдруг они в этот раз изменят маршрут?

Манекенщик покачал головой.

— Не думаю. Я хорошо изучил маршрут. Они все время ездят через кладбище.

Макс был настроен скептически. Похоже, он намеревался поставить план Славки под сомнение.

— Хорошо, предположим, ты окажешься прав и машина поедет этой дорогой. Как мы ее остановим? Бросим под колеса взрывчатку?

— Зачем же, — усмехнулся Манекенщик. — Ты будешь сидеть в машине с взрывным устройством и потребуешь, чтобы шофер затормозил.

В установившейся тишине было слышно, как у Макса щелкнула и отвалилась челюсть.

— Что?!

Манекенщик неестественно громко рассмеялся.

— Ну-ну, не кипятись! Это самый простой и надежный способ остановить тачку. — Славка умел уговаривать людей. Его голос зазвучал убедительно, чуть небрежно. — Шофера Алика ты отлично знаешь. Мы все подстроим так, что он сам предложит тебе прокатиться до завода. Когда вы будете проезжать через кладбище, ты достанешь взрывчатку и прикажешь заглушить мотор.

Бутырин как-то сразу сник, потух.

— Я не смогу этого сделать, Славка, — произнес он глухо.

Манекенщик показал ему два ряда великолепных зубов.

— Сможешь, Макс, сможешь. За те пять минут "героизма", которые я от тебя требую, миллион хорошая цена… Генка! — обратился он к Малову-младшему. — Принеси-ка нам выпить.

Генка тут же встал и вышел за дверь. Вскоре он вернулся с початой бутылкой водки, двумя стаканами и несколькими кружками колбасы на тарелке. Славка щедро наполнил стакан Бутырина. Себе плеснул чуть-чуть. Генка пить отказался.