Подняла руки над головой, потянулась, выгнув спину…

— Бель…

Ну вот, проснулся и пошел за мной. И давно он на меня смотрит? Я перекинула влажные волосы на грудь, закрывшись от темного взгляда Ардена.

— Нет. Не уйдешь.

В голосе звучала улыбка и одновременно свирепая жажда. Ар шагнул ко мне и прижал к груди.

— Ар, не надо. Я никуда от тебя не уйду. Но не дразни себя и меня тоже. Давай поплаваем? Хочешь?

На мгновение руки сжались еще крепче, а потом эльф со вздохом меня отпустил.

— Давай! Но ты собиралась купаться раздетой? Не одевайся только из-за меня… я ж тебя уже видел…

Захотелось брякнуть в ответ: «А я тебя — нет!», но что-то от этого удержало. И так Арден слишком остро на меня реагировал. Может быть, дело в том, что он взрослее Ти?

— Хорошо, — кивнула я.

Разбежалась и рыбкой, без брызг, нырнула в глубокую воду. Арден, одетый только в бриджи, прыгнул следом. Опоздал! Вертя русалочьим хвостом, я уже чесала вокруг острова. Обогнув его, выплыла в центр пруда и улеглась на воде.

— Бель! Ну что ты со мной делаешь? Я за тобой теперь всю жизнь гоняться буду?

— Вырасти дракона — и догонишь, — засмеялась я. Потом перешла на серьезный тон: — Арден, я вчера не спросила. Что такое любовь-судьба?

Лежащий рядом на спине блондин вздохнул и посмотрел в бледное еще предрассветное небо.

— Это когда за всю жизнь можешь полюбить одного-единственного человека. И никто, кроме него, не нужен. Одна любовь навсегда. Это бывает очень редко. И, если случилось, уйти от этого нельзя. Судьба.

— Ты думаешь, у тебя ко мне так?

— Не думаю. Знаю. Когда я тебя увидел там, в зале Приемов, такую хрупкую, маленькую, худенькую, с невероятной решимостью в глазах, — будто стрела в сердце кольнула. И еще твои волосы… Как воды золотистой вечерней реки… я б расчесывал и разбирал их вечно…

— А как же Тиану? Как у него?

— Его ты зацепила еще раньше. Бель, когда-нибудь в легендах тебя назовут Погибелью Эльфов, — чуть грустно улыбнулся Ар.

Поги-бель… Тоже мне, скаламбурил, фыркнула я.

— Но ведь взаимная любовь-судьба — это хорошо? — хотелось в два гребка доплыть до него, обнять, прижаться всем телом. Но, наверное, лучше не надо…

— Знаешь, пока ты была недоступна, я как-то держался. А сейчас, когда ты призналась, что тоже любишь, желание сводит меня с ума… И ведь понимаешь, я всегда прохладно относился к любовным забавам. Ну, то есть я научился делать все, как надо… — Ар чуть смущенно замолк.

— Научился?

— Конечно. А ты как думаешь? Ты ж училась ездить верхом, метать кинжалы, летать, даже правильно бегать… А заниматься любовью — это тоже умение. Причем непростое. Поначалу его может заменить страсть, которая кидает двоих в объятия друг друга. Но этого недостаточно.

Ар поймал в воде мою руку, поднес к лицу, а потом поцеловал запястье, вызвав волну тепла вдоль моего позвоночника и восхищенный вздох.

— Знаешь, боюсь даже думать о твоих талантах в этой области, — улыбнулась я. Воистину, все, что делал Ар, он делал превосходно. — Из нас троих я одна пока сплю спокойно. Не лишай меня этого, пожалуйста!

— А я тебе снюсь?

— Иногда…

— И что мы делаем?

— Где-то ходим, разговариваем. Ты мне улыбаешься, иногда целуешь.

— Эх-х, мне б такие сны… — мечтательно протянул Арден.

— Какие сны? — Между нами вынырнула светловолосая голова Ти.

— Ар хочет во сне сам с собой целоваться, — объяснила я.

— Хорошо, что не со мной… — глубокомысленно произнес Ти, пытаясь въехать в суть происходящего. — Давайте наперегонки вокруг острова, и пора собираться в Академию!

Как ни странно, я победила. Обиженные эльфы обвинили меня в том, что мое сопротивление меньше из-за лучшей обтекаемости. Я согласилась и добавила, что еще из-за меньшей массы я резвее на поворотах. Вот так!

Перерыв после третьей пары был почти в час длиной, чтобы студенты могли перекусить между занятиями. Мы с Аром устроились на скамейке в парке с полной флягой тайры и толстыми бутербродами с мясом джейрана.

— Какие у вас, однако, неприхотливые вкусы! Привет, кстати. Еле вас отыскал. — На край сиденья с моей стороны плюхнулся Шаорран. Да у нас тут слет наследников, усмехнулась про себя я.

— Привет! Присаживайся! — заломил бровь Арден. Я оценила приветствие Повелителя: предложив присесть уже откинувшемуся на спинку скамейки дракону, он мягко указал сразу на два нарушения этикета. Во-первых, Шаоррану следовало поздороваться и попросить о разрешении присоединиться до того, как он сел.