— Прошлой ночью, — начала лейтенант, — силы Объединенных Миров приступили к «зачистке» милитаризованных зон. Перестрелка в районе космопорта на полуострове Ункай прекратилась вчера в 17.00 по местному времени. Теперь весь комплекс находится под контролем сил Объединенных Миров.

— Пункт по приему военнопленных располагается в главном базовом складе Ассака. В настоящее время там идет их досмотр и предварительный допрос. — Прежнее голографическое изображение сменилось новым — несколько вражеских солдат с поднятыми руками и обыскивающие их сферзахи. — Поступающие доклады свидетельствуют о том, что гуманоиды и умедо почти не оказывают сопротивления, а вот мазуки предпочитают самоубийство капитуляции.

— Не велика потеря, — пробормотал кто-то слева от Лухана, и многие засмеялись.

— Они могли бы снабдить нас кое-какой полезной информацией, — спокойно заметил Лухан.

Позади Петры появилась голограммная карта, показывающая Саэде по отношению к находящейся под протекторатом Объединенных Миров планете Ян и вражескому гнезду, планете Иссел.

— Станция слежения Катанского Круга на Яне только что подтвердила, что последние исселианские корабли покинули пределы системы Ян в течение прошедших полусуток. Траектория движения указывает на то, что они стремятся к пункту сверхсветового перехода Ян-Иссел. Хотя в последнее время исселиане понесли серьезные потери, их оставшиеся корабли могут служить значительным подкреплением другим флотам. Наиболее вероятный ход дальнейших действий противника — это попытка вернуть Саэде.

Лейтенант нажала кнопку, и перед собравшимися возник мужчина средних лет в форме генерала исселианского флота.

— Следует отметить, сэр, — продолжала докладчица, — что во всей системе введено военное положение. Никаких объяснений такому шагу со стороны властей дано не было. В сообщении не упоминается и генерал Мордан Реньер, поэтому логичнее всего будет предположить, что мы стали свидетелями военного переворота, особенно если учесть, что заявление подписано генералом Мануа Очакасом, главнокомандующим всеми внутрисистемными оперативными соединениями. Никакой другой информацией по данному вопросу мы в данный момент не располагаем.

По залу пронесся приглушенный ропот. Лухан пригладил указательным пальцем усы и нахмурился. Дело осложнялось.

— И в заключение, сэр, — сказала лейтенант, когда шум утих, — предлагаемые таблицы содержат сведения о положении исселианского флота, основные характеристики и оценку предполагаемых потерь.

Она помолчала, давая возможность офицерам познакомиться с представленной информацией, затем продолжила:

— Таблицы показывают соотношение космических и наземных сил, их обеспеченность оружием и возможное количество нейтрализованных единиц.

— Каковы наши потери? — спросил Лухан.

— Меньше, чем ожидалось, сэр, — отозвался капитан-лейтенант Меррел. Двадцать два человека погибли в бою, двести девять ранено, четверо числятся пропавшими без вести. Мы также потеряли один транспортный шаттл и два истребителя. Челнок только-только закончил разгрузку и поднимался, на борту находилась команда из трех человек.

На несколько секунд в зале воцарилась тишина и Лухан повернулся к подиуму.

— Это все, сэр, — доложила лейтенант. — Вопросы есть?

— Только просьба, Петра. — Адмирал подался вперед. — Проследи за сообщениями. Меня интересует любое упоминание о генерале Реньере. Это важный фактор, определяющий возможность исхода конфликта.

— Дэ, сэр. — Она кивнула. — Еще вопросы?

— У меня. — Голографическое изображение капитана Хейл подняло руку. — Если Иссел попытался вернуть Саэде, как вы предполагаете, сколько времени у нас будет для принятия контрмер?

— Пять стандартных дней с момента, мэм, — ответила лейтенант.

Голографическая Хейл кивнула.

Лухан повернулся к оперативному дежурному:

— Мы уже получили сводки о действиях наших флотов у планеты Ян?

— До начала совещания их не было, — покачал головой Меррел.

— Маркус? — обратился Лухан к шефу разведки. — У вас что-нибудь есть?

— Пока еще нет, — ответил тот.

— Я хочу увидеть их сразу же, как только поступят, — сказал Лухан. — Хотелось бы знать, какое впечатление произвели на мазуков люди адмирала Не. Как они поступили: то ли согласились сотрудничать с ними, то ли отказались и погибли? Тогда, у Булика, на мостике флагмана было не менее пятидесяти процентов мазуков, и когда мы их разгромили, они убили капитана Мебиуса.

— Перерезали ему горло прямо перед экраном, — заметил старший офицер «Дестриера» командор О'Киф, — а потом и сами совершили самоубийство. — Он покачал головой. — Когда наша десантная группа попала туда, мостик выглядел, как станция биоочистки! И воняло там соответственно.

— Вот этого я не понимаю, — нахмурился капитан тяжелого крейсера «Асгарт». — Убили капитана… Это же бунт! А потом покончили с СОБОЙ? — В его голосе слышалось явное недоверие.

Командор Маркус Уллен, шеф разведывательной службы «Дестриера», поднял руку.