Но подписание мира польское правительство затягивало, еще надеясь на Врангеля.

Поезд командующего Южным фронтом Михаила Фрунзе вез его на фронт для выполнения новых задач.

Основные задачи были следующие:

Не допустить дальнейшего наступления Врангеля не дать возможности его войскам соединиться с польской армией.

Окружить и уничтожить вражескую армию в Северной Таврии, ворваться в Крым и освободить его.

Эти задачи предстояло выполнить до наступления зимы, то есть не позднее 1 декабря, другими словами — в срок, не превышающий двух с половиной месяцев с момента назначения Фрунзе на должность командующего Южным фронтом.

Вместе с Фрунзе в одном вагоне ехал на Южный фронт пролетарский поэт Демьян Бедный — старый большевик-революционер, написавший в годы гражданской войны много сатирических стихотворений, хлестко бичующих интервентов и белогвардейцев.

— Михаил Васильевич, — обратился к Фрунзе Демьян Бедный, — не хотите ли послушать «Манифест барона Врангеля»?

С веселым подъемом Демьян Бедный прочитал свою злую пародию, посвященную претенденту в диктаторы России.

Стихотворение было едкое, острое. Слушая его из уст самого автора, Михаил Васильевич смеялся до слез.

— Да, да, — повторял Фрунзе, — это замечательно! «Я самый лючший, самый шестный есть кандидат на царский трон!»

— Однако, — Фрунзе становится серьезным, — этот «кандидат» лезет да лезет на нас. Судя по последним данным, затевает новый удар на Волноваху, на Мариуполь, к донецкому углю.

— И все-таки главная задача Врангеля, — подчеркивает Фрунзе, — не Донбасс, а соединение с поляками. Без поляков Врангель взвоет, как одинокий волк в степях Таврии. Как бы трудно ни было, мы постараемся достигнуть победы раньше намеченного срока.

Прибыв в Харьков, где расквартировывался штаб фронта, Фрунзе не мог не заметить значительной тревоги в городе, нерешительности и усталости в частях.

Фрунзе, как обычно, изучает обстановку, силы врага, его методы и формы борьбы, особенности театра военных действий.

И здесь, на новом фронте, Михаил Васильевич придерживается суворовского девиза:

«Сначала ознакомься, изучи, а затем действуй!»

Армии Южного фронта, в командование которыми вступил Фрунзе, были расположены по дугообразной, выгнутой на север линии, шедшей по правобережью Днепра от города Херсона (у впадения Днепра в Черное море) к городу Бериславу. Против Берислава, на левом берегу Днепра, красные войска занимали Каховский плацдарм, опиравшийся флангами на Днепр; затем линия фронта подымалась по правому берегу Днепра до Никополя, а от него к Александровску (Запорожью). Оттуда фронт спускался к юго-востоку, к Темрюку и Бердянску на Азовском море. Правое крыло Южного фронта составляла 6-я красная армия, левое— 13-я армия. В районе Грушовка — Апостолово, ближе к центру фронта, была расположена Вторая Конная армия; 6-й красной армии противостояла 2-я армия Врангеля, 13-й армии—1-я армия врангелевцев. Из начавших прибывать пополнений Фрунзе решил сформировать новую, 4-ю армию, с расположением в самом центре фронта, эшелонируя ее по линии Синельниково — Александровск.

Превосходство сил, особенно в коннице и боевой технике, было на стороне врангелевцев.

С первого же дня Фрунзе детально информировал Ленина об обстановке, своих планах и предполагаемых замыслах врага. Эту оперативно-стратегическую информацию Ленину Фрунзе продолжал в течение всей кампании, получая непосредственно от Ленина указания и директивы.

Накапливая силы для предстоящего разгрома Врангеля в Северной Таврии и штурма крымских укреплений, Фрунзе не отказался использовать для разгрома Врангеля и так называемую «повстанческую армию» Махно — анархо-кулацкого атамана, имевшего за своей спиной немало преступлений протни советской власти и Красной Армии.

Попытки прежнего командования войск Украины ликвидировать махновскую «повстанческую армию» не удавались.

Махно знал, что расположение его «штаба» и основных сил его «армии» — Гуляй-поле окажется вскоре в зоне полного господства войск Южного фронта. Поэтому он послал к Фрунзе своих парламентеров с письмом, в котором приносил «повинную» и предлагал передать свою «повстанческую армию» в распоряжение командования Красной Армии для участия в операциях против врангелевцев.

«Мы кровью готовы искупить свои преступления и ошибки», — слезливо клялся в этом письме стенной вояка.

Фрунзе после некоторых раздумий принял «повинную» Махно. Для того чтобы освободить Северную Таврию и Крым, нужно было собрать все, что возможно. «Повстанческая армия» могла оказаться хотя и не особенно надежным, но все же некоторым резервом в решающий час. Главное же — подчинение «повстанческой армии» содействовало большей безопасности тыла и давало возможность вести революционную пропаганду среди обманутых Махно бойцов.

Это имело решающее значение для Фрунзе при обсуждении вопроса о «покаянии» Махно.