Он прикрыл саламандре голову и придержал животное в контейнере с мухами. Одна из мух на секунду опустилась на хвост саламандры, а потом снова перепрыгнула на кусок тухлого мяса.

Морли пересадил саламандру в другой чистый пластиковый контейнер, где уже сидела огромная древесная лягушка. Лягушка была раз в десять больше ящерки, а вес ее массивного тела превышал вес саламандры раз в сто. Лягушка взглянула на саламандру и лениво шевельнула длинным языком.

Перривезер подвинулся поближе к пластиковому кубу, он даже касался его лицом, сосредоточенно наблюдая за происходящим.

Лягушка снова выстрелила языком, и почти мгновенно язык этот оказался оторван и лежал на дне контейнера, все еще рефлекторно подергиваясь. Лягушка в ужасе выпучила глаза, когда саламандра напала на нее, яростно кусаясь и отрывая большие лоскуты кожи с ее тела. Потом ящерица вцепилась в лягушку и принялась отдирать ее конечности. Глаза лягушки лопнули, превратившись в желеподобные кляксы. Ее ярко-окрашенная кровь брызнула на стенки контейнера. Она издала слабый звук, а потом ее резонаторные полости заполнились телесными жидкостями. Лягушка содрогнулась и неподвижно застыла на дне прозрачной клетки, а маленькая саламандра вскарабкалась на нее, по-прежнему кусаясь и нападая.

Еще через две минуты содержимое контейнера уже нельзя было разглядеть. Внутренности и жидкости лягушки плотно облепили его стенки. Доктор Морли молча приподнял крышку контейнера, ввел в него длинную иглу для подкожных впрыскиваний и извлек ее уже с наколотой на кончик саламандрой.

— Воздушное впрыскивание непосредственно в сердце, — сказал он, стряхивая рептилию в пластиковый пакет. — Это единственный известный мне способ ее убить.

Он посмотрел на Перривезера.

— Теперь вы понимаете, почему эти две мушки надо уничтожить?

Перривезер долго смотр ел на мух, потом перевел взгляд на ученого.

— Я позабочусь об этом, — сказал Перривезер. — А до тех пор храните их даже ценой своей жизни.

Комната наверху была, как всегда, темной и очень теплой, там пахло сладковатым запахом гниения. Валдрон Перривезер III тихо, как и всегда, отпер дверь, аккуратно спрятал ключ в карман пиджака и вошел внутрь. Пыль толстым слоем лежала на старинной бархатной мебели, украшенной изящными вышитыми салфеточками.

Перривезер, мягко ступая по пыльному изношенному ковру, приблизился к высоко установленной каминной доске, накрытой старинным шелком. Поверх шелкового покрывала стояла только одна вещь — малюсенькая шкатулка для украшений, богато отделанная золотом и драгоценными камнями.

Он любовно взял шкатулочку и несколько минут подержал ее на ладони. Он созерцал вещицу молча, не шевелясь, лишь мягко поглаживая ее драгоценную поверхность подушечками пальцев.

Наконец, с глубоким вздохом открыл шкатулку.

Внутри лежал крошечный мушиный трупик.

Глаза Перривезера заволокло слезами. Дрожащими пальцами он коснулся покрытого волосками маленького тельца.

— Здравствуй, мама!

Когда зазвонил телефон, Перривезер уже снова сидел за столом в своем кабинете.

— Мистер Перривезер, — сказала Глория Мусвассер. — Мы очень сожалеем, но бомба не взорвалась.

Когда она потом положит трубку, то расскажет Натану, что Перривезер, похоже, вовсе не придал этому никакого значения. Он был весьма сердечен. Даже более того.

— Да ведь это была не наша вина, — сказал Глория. — Провалом мы обязаны параноидальной бесчувственности непросвещенных средств массовой информации и...

— Неважно, миссис Мусвассер, — сказал Перривезер. — У меня есть план действий на случай непредвиденных обстоятельств.

— У нас тоже, — сказала Глория, подумав о детском отделении больницы. — Мы с Натаном только что придумали нечто такое потрясающее, такое крупное, что вы просто влюбитесь в этот план.

— Не сомневаюсь в этом, — ответил Перривезер. — Почему бы вам не прийти ко мне домой и не рассказать о своем плане?

— Правда? Правда? Вы не злитесь на нас?

— Разве я кажусь таким сердитым? — спросил Перривезер.

— Надо вам сказать, вы и правда отличный мужик, — ответила Глория. — Мы прямо сейчас и отправимся к вам.

— Я буду вас ждать.

— Мистер Перривезер, вы не пожалеете. В новом плане не останется ни одного из ваших затруднений.

— Разумеется, — согласился Перривезер.

— Но ведь вы еще ничего о нем не знаете.

— Я просто уверен, что он сработает. Я знаю, что вы с Натаном разрешите все мои затруднения, — сказал Перривезер, повесив трубку.

Глория Мусвассер обратилась к Натану:

— Конечно, он немного с приветом, но парень он хороший Он хочет, чтобы мы приехали к нему в Массачусетс и рассказали ему о новом плане. Он хочет, чтобы мы разрешили все его проблемы.