По крайней мере, у нее хватило сообразительности помешать той медсестре, так что под занавес она все же восстала против своих тюремщиков. Вырвала победу. И это кое-что значит.

— Ну вот, — сказал Алекс. — Пришли. Стой, не падай. Сейчас я тебя усажу, и ты сможешь отдохнуть.

Девушка из последних сил держалась, пока Алекс отпирал пассажирскую дверцу.

— Ты сам только не вздумай расслабляться. Малейшая беспечность, и эти люди тебя уничтожат.

Вот почему она отказывалась сдаваться, вот почему заставляла себя не терять бдительность. Самоуспокоенность означала верную смерть.

Алекс помог ей устроиться на пассажирском сиденье. Правая нога девушки совсем отказала; ему пришлось обеими руками заталкивать ее под приборную доску.

— Как только отъедем от больницы подальше, ты сможешь заснуть.

— Ножи… Мои ножи… Скорей, я без них не могу…

Едва Алекс успел сунуть руку под сиденье, как чудовищный взрыв сотряс ночной город. В небо взмыл гигантский оранжево-желтый шар.

Он обернулся — и в тот же миг увидел здоровенного санитара, который мчался на него как бык. В руке мужчины сверкнула сталь.

Не раздумывая Алекс выхватил первый попавшийся нож из свертка. Баланс лезвия и рукояти и само ощущение, что нож как влитой лег ему в руку, чем-то отозвались в глубинах сознания, несмотря на оглушающий приток адреналина.

Для маневра не было ни места, ни времени. Алекс отреагировал чисто рефлекторно: выбросил руку вперед, метя клинком в центр массы противника.

Колющий выпад не остановил могучего санитара, и он на полном ходу врезался в молодого человека, сбивая на капот.

Алекс отскочил от джипа, нырнул под размахнувшуюся руку и перехватил ее, разворачивая мужчину в движении. Оказавшись у здоровяка за спиной, он несколько раз ударил его клинком в поясницу, но лезвие, судя по всему, не задело никаких жизненно важных органов, а только разъярило нападавшего.

Санитар, орудуя свободной рукой и ногами, принялся молотить Алекса, оттесняя от машины. Силен! А ведь Алексу приходилось сражаться еще и с отупляющим действием препарата в крови.

Санитар был на добрую голову выше и весил, наверное, килограммов на тридцать больше. Несмотря на это, двигался он с умопомрачительной скоростью, а на полученные ранения, казалось, и внимания не обратил.

Алекс предпринял новую атаку. Противник отбил нападение. Алекс опять нырнул под выпад руки с ножом, локтем ударил санитара в грудь, одновременно с этим захватывая ногу. Дернув изо всех сил, он наконец опрокинул санитара; тот грохнулся на спину — и тут же вскочил, будто на пружинах.

Его руки мелькали как мельничные крылья, и Алексу приходилось несладко. Он лихорадочно выискивал момент для контратаки, проводя удары ножом при каждом удобном случае. Один раз ему удалось полоснуть по ляжке санитара, и тот пошатнулся.

Алекс тут же нырнул вперед и чуть вниз, чтобы поставить точку в схватке. Отбив руку с ножом, он нанес очередной тычковый удар, но санитар оказался на редкость могуч и опять отшвырнул парня. Силы были явно неравны — словно взрослый сражается с ребенком.

Когда санитар вывернулся из хватки и раскинул руки, как свирепый, поднявшийся на задние лапы медведь, Алекс увидел счастливый шанс и со всей силы вонзил нож мужчине в горло.

Лезвие наткнулось на шейный позвонок.

Время будто замерло — мужчина начал оседать на землю, нож с мокрым чмоканьем вышел из глотки.

Судорожно ловя воздух раскрытым ртом, Алекс пытался собраться с мыслями. Битва выжала из него последние остатки сил, и он сам был готов рухнуть на колени.

Внезапно рядом появилась Джекс. Она обняла его, помогая устоять на ногах.

— Осталось совсем немного. Держись.

Алекс слабо усмехнулся, оценив иронию.

Кружилась голова; он словно смотрел на себя со стороны — и тут обнаружил, что действительно успел опуститься на колени, потому что Джекс нависала над ним горой.

— Обожди-ка… — Девушка обернулась к распахнутой дверце джипа.

Алекс никак не мог взять в толк, что она затеяла. Потом раздался треск материи и все встало на свои места. — Джекс отрывала длинную полосу от футболки, в которую были завернуты ножи.

Перебинтовав руку Алекса над левым локтем, она зубами надорвала лоскут, сделала узел, а вслед за ним еще один, поплотнее.

— Ты что?

— Он тебя задел. Вот я и решила помочь. Кровь же течет, не видишь?

Лишь теперь Алекс сообразил, чья кровь капает у него с пальцев левой руки. Чудеса; он даже не ощущал боли. Значит, рана неглубокая? Или?.. Почувствовав наконец, как по коже струится теплая обволакивающая жидкость, Алекс внезапно испытал позыв к рвоте.

— Ничего, ничего, — подбодрила Джекс. — Все обойдется.