Поредевшая толпа детишек расступилась перед лестницей. Оказывается, там сидел ещё один. И он медленно встал (да что с ними? Геморрой у всех, что ли!) и направился ко мне. Я оглянулся на сумку со зверем. Возможно, для пса счёт жизни идёт на минуты, если не на секунды. Снова глянул на нового противника. Растратил адреналин, называется… Ну, всё. Сейчас я этого типа доведу до определённой степени дружелюбия, чтобы он смог меня любезно отвести к врачу. И лучше бы остальным не становиться на моём пути в поисках помощи для псины… А пока я зашагал навстречу противнику, полный решимости побыстрее покончить с церемонией знакомства.

В руках у него была дубинка. В отличие от предыдущих стражников, он явно владел ею гораздо талантливее. Потому как покручивал ею не напоказ, а машинально. Расправив плечи, я шёл ему навстречу - мягко, уже привычной, как я называл, тигриной походкой. Мне нравится так ходить. Впрочем, я уже говорил об этом.

Мы сошлись, не дойдя друг до друга метров трёх. Высокий, широкоплечий страж лестницы остановился первым. Наклонил светловолосую голову, недовольно, лениво разглядывая меня. И, наконец, у меня впервые здесь спросили:

– И чего тебе здесь надо?

– Мне нужен врач, - с готовностью ответил я.

– А что с тобой?

– Со мной всё в порядке. Мне нужен врач для животного. Вон сумка.

– А что с животным?

– Пёс в передрягу попал. Точнее сказать сможет только врач.

– Ты уверен?

– Я уверен, что если врача не найду, мне придётся делать нехорошие вещи, которые мне точно делать не хочется, - изысканно ответил я.

Слово "хочется" я проглотил, чуть не подавившись им: парень бросился на меня. Дубинка свистнула возле правого виска - страж оказался левшой. Почти одновременно он ударил в лицо правым кулаком - в металлической перчатке с шипами. Кулак ударил в пустоту - я упал боком, с упором на руку, перевернулся на лопатки - и мой ботинок врезался ему в подбородок. Секунда - и я вскочил. Светловолосый страж качался, приплясывая на месте, махая руками и закатывая глаза: э-э, кажется, я перестарался… Только хотел подойти поддержать, как он рухнул. Интересно, в следующий раз смогу повторить приёмчик? Я готов был визжать от восторга: блин, такое умею! Мне нравится!! Если бы не псина…

Я забрал дубинку, ещё подумал, брать - не брать шипастую перчатку, но возиться не хотелось, снимая с кисти сваленного. Так что вернулся к сумке, вновь вделся в ручки - и снова к вольготно разлёгшемуся на асфальте светловолосому стражу. Остальные, потихоньку увильнувшие к лестнице или вообще исчезнувшие, меня не интересовали. Я попинал светловолосого в бок.

– Эй, живой ли? Где у вас тут медкабинет или что-либо подобное? Тебя там тоже на всякий случай посмотрят, - с усмешкой добавил я.

Он вставал задницей кверху, неловко и со стонами.

– Гад ты… - пробурчал страж и неуклюже перевалился на колени.
– Как был… Так гадом и остался…

О, что-то новенькое. Но это подождёт. Главное сейчас - пёс. Поэтому я не стал дожидаться, пока светловолосый поднимется, - подхватил его под мышку и поставил на ноги. Разбитый в кровь подбородок не вызвал во мне никаких сожалений… Его несколько несфокусированный взгляд поблуждал немного и вперился в меня.

– Пошли… Дубинку отдай…

– Дойдём - отдам, - наверное, логично сказал я. А тигр в душе лениво зевнул: ежели оружие понравится - фиг он его получит обратно. Кажется, начинаю собирать увлекательную коллекцию.

Страж повёл плечом, высвобождаясь из моего захвата, принюхался и сморщился.

– В каком дерьме ты так извозился? На тебя не похоже.

– Трупы, - лаконично ответил я. Начинало надоедать: чего тянет? И я озвучил: - Ты собираешься проводить меня к врачу или как?

– А то сам не знаешь, куда идти, - проворчал он и пытливо заглянул мне в глаза.
– Трупы, говоришь? Всё как всегда? Как только появляешься, сразу трупы?

– Хочешь честное скаутское, что сейчас одним трупом будет больше?

Он пожал плечами и пошёл чуть впереди меня. Язвит ещё… Интересно, с кем он меня путает?.. Я раскачал дубинку и опробовал её на вес и движение. Хм, неплохо. Но не моё. Придётся отдать.

Светловолосый страж шёл передо мной спокойно, с прямой спиной… Нисколько не опасаясь… А у меня аж руки вспотели от бешеного желания ударить дубинкой по отчётливо видимому затылку. Пришлось себе напомнить, что парень только проводник. Что доведёт меня до нужного места - и мы больше не столкнёмся… Нет, столкнёмся. Надо узнать, отчего он говорит со мной как со знакомым.

Моя рука с зажатой в кулаке дубинкой вздрогнула. Теперь вспотело моё лицо.

– Слышь, парень… Забери свою игрушку.

– С чего бы это такой добрый?

– С того, что злой.

Не оборачиваясь, он протянул руку назад. Но, видимо, он что-то почувствовал, когда дубинка шлёпнула его по пальцам, не сразу попав в ладонь. Обернулся. Но ничего не сказал. Забрал оружие и пошёл так, чтобы я успевал за ним - с грузом-то.

Между высокими стенами, зажавшими меня со обеих сторон, я впервые почувствовал неуверенность. Мне хотелось убить этого парня. Очень хотелось убить. Он вызывал у меня не самые лучшие ощущения. Ощущение, например, ножа, входящего в его спину. Именно в спину - не напрямую, в грудь или в живот. А ещё в его присутствии я очень сильно чувствовал демофобию. Он - толпа. А мне хотелось одиночества. Или толпу, с которой бы подраться. Но чтобы никого рядом, кто стал бы террой инкогнито для меня в странном, плохо изученном мире. Легче, когда знаешь: вот этот враг. А этот?