Прежде чем я успел подумать, с языка сорвалось:

– Почему я хочу тебя убить?

– Единожды солгав… - буркнул он.

Он меня точно путает с кем-то, для кого эта фраза была бы понятна.

– У тебя в сумке и правда пёс. Это Гарм?

– Нет. Это Цербер, - раздражённо ответил я.

И пусть понимает, как хочет. Если спутал меня с кем-то, решит, что ответил неправильно специально, со злости. А пока во мне наряду с раздражением поднималось любопытство и, как ни странно, желание поинтриговать: а вот не скажу, что мне интересно, с кем меня спутали! И буду разговаривать именно так, чтобы запутать всё и постепенно вытянуть из светловолосого нужную мне информацию. И ещё таилась на самом дне души самая настоящая ревность: есть ещё один тигр?..

Сумка здорово оттягивала плечо. По следующему узкому переулку - стены сплошь без окон; впереди идущего почти не видно - я шёл, едва-едва не наступая на пятки. Светловолосый старался держаться от меня на расстоянии и шёл быстрее. Наконец мы свернули в тупичок - метров пять на пять. По тому, как страж вдруг дважды равномерно снизился ростом, я сообразил, что впереди ступени. Пришлось остановиться, чтобы ногой нащупать, где они начинаются. Не успел даже протащить ногу по асфальту, как ступени осветились: парень открыл дверь. Я пошевелил пальцами: даггер и складной нож - в боевой готовности, тяжёлая сумка с ещё живым существом не помеха, если придётся кого-то убить - именно так, безо всяких, - и с закрытыми глазами перешагнул порог.

– … Арнольд, хочешь хохму?
– весело и зло спросил страж.

– Не хочу, - ответили из глубины комнаты.
– Но ведь от тебя никуда не денешься.

Увёртку закрывать глаза, входя в тёмное помещение со света или наоборот, я вычитал в одном из детективов. Зато потом сразу видишь, а не щуришься от света или трудно привыкаешь к темноте. Одного шага хватило, чтобы войти в узкую комнату и обшарить её глазами. Стеллажи по всем стенам, закрытая маленькая дверь, в конце комнаты - лёгкий металлический стол, за которым сидит какой-то лысый, лет тридцати, в серой куртке, и что-то пишет. Он поднимает глаза на вошедших - на меня - и с такой силой шарахается назад, что стол со скрежетом отодвигается, а сам лысый со свалившегося стула спиной влетает в стеллаж.

Короткий смешок светловолосого стража. Он даже и не подумал подойти к лысому, чтобы помочь ему подняться из обвала мелких предметов. Хорошо, стеллаж удержался на месте.

Чувствительные какие…

Уже не опасаясь светловолосого стража, я враскачку подошёл к криво отъехавшему столу и ударом ноги вернул его на место. Всё, что было до сих пор на нём, разлетелось по полу, так что я спокойно поставил на столешницу сумку. Судя по всему, барахтающийся на полу лысый и есть доктор. Что ж, времени у меня в обрез (на среднем уровне наверняка уже видно начало рассвета), придётся поторопить хозяина комнатушки. Я обошёл стол и ухватил его, как давеча стража, под мышку, рывком поднял.

– Обратите внимание на стол, - мягко сказал я.
– Здесь зверь, который нуждается в вашей помощи. Итак…

Я расстегнул "молнию", приподнял передние лапы пса и вытащил часть сумки из-под него. Затем повторил то же самое с задними лапами. Доктор не смотрел на зверя. Он смотрел на меня. Вздохнул и спросил:

– Почему ты его не потащишь на уровни выше? Там есть ветеринарки, где собаку осмотрят профессионалы.

– Я ещё не знаю, нужен ли мне этот зверь.

– Что?! С каких это пор ты отказываешься от Гарма?
– искренне поразился лысый Арнольд. Он наконец опустил чуть выпученные глаза на собаку и содрогнулся при виде крови, которая начала заливать стол тонкими, но впечатляющими ручейками. Половина лениво, уже застывая, вытекала из сумки, но я надеялся, что этого он не сообразит и побыстрее займётся собакой.
– Чёрт, чёрт, это же пулевые ранения!..

– Пулевые?
– переспросил светловолосый страж и тоже подошёл к столу.

– Сколько вы хотите за операцию?
– бесстрастно спросил я. Мне уже казалось, что причина медлительности доктора при виде пациента именно в деньгах.

Лысый исподлобья глянул на меня.

– Мне нужны две вещи. Первая - разреши взглянуть на твоё плечо.

Тут и светловолосый страж обернулся ко мне и принялся таращиться, словно только вошёл в комнату и впервые увидел меня. "Психи", - подумал я. Не убирая с перчатки ножен с даггером (чувствуя его логичным продолжением кисти), я приспустил с плеча плащ и оттянул ворот джемпера. Накачанными мышцами я похвастать пока не мог, но этих двоих явно интересовало не состояние моей тренированности. Нате, любуйтесь.

– Чисто, - прошептал светловолосый страж.
– Это не он.

– Угу, - сказал Арнольд и, не оглядываясь, нашарил стул, сел.

– Вторая вещь?
– полюбопытствовал я, начиная закипать. Если через пару минут докторишка не начнёт работать с собакой, я разнесу его чёртов кабинет…

– Мне нужны лекарства.

– А именно?

– Сюда, на Нижний уровень, лекарства дают жёстко регламентированно, - сказал доктор. В его руках появились допотопные кисточка и бритва. Самой обыкновенной пеной для бритья он быстро и заученно намылил окровавленную холку пса и принялся снимать шерсть.
– И никого не интересует, что здесь бывают ситуации, когда лекарственных средств нужно более обычного. Я иногда неделю по-настоящему не могу принимать больных: что толку, когда я называю болезнь, но не могу дать лекарств? На этого пса пойдут все наши запасы антибиотиков, обезболивающих и так далее. Готов ли ты принести сюда те лекарства, которые я укажу?

– Список, - сказал я.

– Мирон, скопируй ему список.

Светловолосый страж направился к старинному ксероксу. Забрав ещё тёплый лист и сложив его, я пошёл к двери. Судя по тому, как увлечённо Арнольд брил пса, процесс первой помощи Гарму в полном разгаре. Оставаться здесь необязательно. Ничем не помогу. Только потяну время.

– Эй, ты куда?

– За лекарствами.

– Чёрт, подожди же! Как тебя звать?

– Зовите меня просто, - ухмыльнулся я.
– Шерхан.