— Удивительные малыши, — протянул Хаверсон, разглядывая инженера, который подплыл к одному из дисплеев и приступил к настройке. — Мне интересно, каким образом кастовая система ковенан…

— Сэр! — прокричал по рации сержант Джонсон, прорываясь через помехи. — Лучше бы вам поспешить к «Длинному мечу». И вам, и Мастер-Шефу.

— На вас напали? — спросил Сто семнадцатый.

— Никак нет, сэр, — ответил сержант. — Все дело в этих криокапсулах.

— Что там у вас, Джонсон? — потребовал Хаверсон.

— Сэр, в одной из них спартанец.

Время: 18:52, 22 сентября 2552 (по военному календарю) / Захваченный флагман ковенантов, перемещающийся в пространстве скольжения.

Когда Мастер-Шеф направился осматривать криокапсулу, Хаверсон удостоверился, что двери на мостик надежно заперты. Тогда лейтенант развернулся и подошел к инженеру, отремонтировавшему доспехи спартанца.

— Восхитительные создания, — пробормотал Хаверсон, вынимая пистолет и приставляя к голове чужака.

Два глаза существа покосились на ствол оружия. Одно из щупалец протянулось вперед, разделяясь на множество усиков, и прикоснулось к синевато-серебристому металлу.

— Что вы дел… — начала Кортана.

Лейтенант выстрелил. Пуля прошла навылет, забрызгав ихором дисплей, над восстановлением которого трудился чужак.

— Хаверсон! — закричала Кортана.

Второй инженер удивленно пискнул и оглянулся, но затем его внимание привлек мигающий монитор, и существо вновь вернулось к работе.

Хаверсон присел возле застреленного чужака и убрал пистолет в кобуру.

— У меня не было выбора, — прошептал лейтенант, дотрагиваясь пальцами до склизкой кожи существа. Ее цвет постепенно сменялся с розового на мертвенно-серый.

Подойдя к люку, Хаверсон открыл его и выволок труп в коридор. Потом он немного постоял и наклонился, чтобы сложить щупальца существа на теле.

— Прости. Ты такого не заслуживал.

— Это было так необходимо? — потребовала ответа Кортана.

Лейтенант распрямился, вытер ладони о штаны и запер люк.

— Удивлен, что ты спрашиваешь. — Он с изумлением услышал гнев в своем голосе и постарался справиться с приступом ярости. Он злился не на Кортану — на самого себя, злился за этот подлый поступок. — Ковенанты имитаторы, но не инноваторы, — объяснил Хаверсон. — Тот инженер, которому ты приказала починить броню старшины, познакомился с нашей технологией. Точнее, с технологией, украденной нами у ковенантов и улучшенной. Если бы он каким-либо образом вернулся к своим, они тоже заполучили бы ее. Хотела бы ты, чтобы у элиты появились более мощные щиты? А что насчет их кораблей?

Кортана промолчала.

— В одном я с Локлиром согласен, — пробормотал лейтенант. — Я тоже устал от всего этого дерьма.

— Я вас понимаю, — наконец ответила Кортана, но настолько ледяным тоном, что можно было бы заморозить гелий.

Хаверсон вздохнул и посмотрел на руки. Иссиня-черная кровь инженера, впитавшись в кожу, покрыла их странной татуировкой.

— Как думаешь, Мастер-Шеф найдет на Пределе то, что ищет на самом деле?

— Что вы хотите этим сказать? — спросила Кортана. Ее голос по-прежнему звучал холодно, но любопытство немного согрело его.

— Я говорю о других спартанцах, — позволил себе усмехнуться Хаверсон. — Да, конечно, он привел весьма веские доводы и рисковать просто так не стал бы. Но им движет нечто иное. Он отправил на поверхность планеты своих товарищей, послал их на смерть. Какой командир не захотел бы вернуться? И какой командир не питал бы надежды увидеть своих людей живыми? Какими бы незначительными ни были шансы?

Время: 09.30, 4 сентября 2552 (по военному календарю) / Земля, Австралия, Сидней, военный лагерь Браво-6, штаб командования ККОН. Две с половиной недели назад.

Лейтенант Вагнер прошел через металлоискатель и детектор взрывчатки и направился в атриум огромного, почти конического здания. Официально комплекс именовался главным штабом Браво-6, но между собой сотрудники называли его Ульем.

Сегодня в Сиднее было пасмурно. Серый свет просачивался в крытый двор через стеклянный купол.

Мимо проходили офицеры и клерки, спешащие по каким-то своим делам. Лейтенант тоже торопился и не обращал внимания даже на акации и экзотические растения, в тени которых принимали прессу и гостей. Сегодня не было времени на развлечения.