Двери в комнату бесшумно отворились.

Лейтенант вошел внутрь, и они захлопнулись за его спиной и закрылись на замок. Вагнер знал многих офицеров, сидящих сейчас за столом в форме полумесяца: генерал-майор Николас Штраус, адмирал флота сэр Терренс Худ и полковник Джеймс Экерсон. Кресло вице-адмирала Уиткомба пустовало.

На заседании присутствовали еще с полдюжины офицеров, и каждый из них был облечен большой властью, что заставляло Вагнера нервничать. Перед собравшимися на столе лежали дисплеи, и, даже видя их издалека и вверх ногами, лейтенант узнал сделанные им предварительные отчеты и видеозаписи.

Вагнер отсалютовал.

Генерал Штраус подался вперед и резким движением выключил свой дисплей.

— Господи Иисусе! Нам было известно, что у них столько кораблей? — Он стукнул кулаком по столу. — Почему, черт возьми, мы ничего об этом не знали? Кто в ДВКР ответствен за это?

— Винить тут некого, генерал. — Экерсон откинулся на спинку кресла. — Кроме, конечно же, ковенантов. Меня куда больше заботит вопрос, чем мы можем ответить на это нашествие. Наш флот серьезно потрепало.

Слава бежала впереди полковника. Вагнер был наслышан о том, как в прошлом Экерсон сумел добиться того, что его личным операциям был присвоен более высокий приоритет, чем разработкам Третьего отдела. А его соперничество с доктором Халси, возглавляющей программу «Спартанец II», уже обросло легендами. Лейтенант полагал, что полковника перевели на фронт. Но Экерсон явно сумел выкрутиться. И это создавало проблему.

Адмирал Худ распрямился в кресле, отодвинул от себя дисплей и наконец решил признать Вагнера, отсалютовав в ответ. Стрижка флотского офицера была безупречной. Каждый из его серебристо-седых волос был аккуратно уложен на причитающееся ему место. И все же под глазами Худа были видны темные круги.

— Вольно, лейтенант.

Вагнер убрал руки за спину и чуть шире расставил ноги. Но во всем остальном его стойка осталась все такой же строгой. Никто не может чувствовать себя «вольно» в компании львов, акул и скорпионов.

— «Потрепало» — несколько не то слово, полковник, — повернулся адмирал Худ к Экерсону. — Так еще можно было бы сказать, даже погибни каждый корабль из десяти. — Он слегка повысил голос: — В нашем же случае были уничтожены десять против каждого, чудом доковылявшего до базы. Это катастрофа!

— Как скажете, адмирал, — кивнул Экерсон, делая вид, что внимательно слушает, но его глаза тем временем не отрывались от отчета. — Но вначале мне хотелось бы получить ответ на один вопрос. — Его стеклянный взгляд устремился на Вагнера. — Учитывая время этих событий и то, какой сегодня день… — Он на несколько секунд умолк, потерявшись в размышлениях. — Поздравляю, лейтенант. Вы поставили новый мировой рекорд по скорости путешествия от Предела до Земли. Особенно если учесть, что вы должны были вначале осуществить случайный прыжок, прежде чем возвращаться.

— Сэр, — ответил Вагнер, — я соблюдал Протокол Коула до последней буквы.

Это была ложь. И все находящиеся в комнате это понимали. Сотрудники ДВКР регулярно нарушали Протокол. Но в данном случае нарушение оправдывалось важностью собранной информации. Кроме того, пожелай кто-нибудь из присутствующих на самом деле похоронить Вагнера, достаточно было бы просто проверить черный ящик его «Мародера» и сделать соответствующие расчеты.

— Мы здесь не по этой причине собрались, — махнул рукой Худ.

— Разве? — рявкнул Экерсон. — Предел потерян. Теперь Землю от ковенантов отделяет только вакуум, и мы обязаны соблюдать предельную осторожность.

— Полковник, методы Третьего отдела мы можем обсудить и позднее. — Адмирал повернулся к Вагнеру. — Я ознакомился с вашим докладом, лейтенант. Я нахожу его весьма подробным, но мне хотелось бы услышать, как вы расскажете обо всем лично. Что вы там видели? Есть ли какие-либо подробности, которые вы сочли слишком тонкими, чтобы включать их в отчет? Можете говорить откровенно.

Вагнер набрал полную грудь воздуха. Он был готов к этому и постарался как можно подробней рассказать о появлении ковенантов, о героической самоотверженности экипажей боевых кораблей, пытавшихся остановить наступление противника, и о том, как они потерпели в этом неудачу и были уничтожены один за другим.

— Как только ковенанты высадили на планете тактический десант и захватили комплекс управления орбитальными орудиями — все было кончено. Правда, я видел только начало конца. Они выжгли планету, начав бомбардировку с полярных шапок.