– Ты, это, Жека, на Кирилла слишком не гони, не надо. Нам, между прочим, еще вместе работать, а, может, и не только.

– Я постараюсь, хотя, знаешь, иногда просто руки чешутся.

– Ты меня понял?

– Все понял, дяденька, я больше не буду.

– Смотри, а то из пионеров исключу. Ладно, с этим ясно. Скажи мне лучше, не было ли чувства, что он вас просек?

– Ни разу, я бы почувствовал, – Сироткин знал толк в наружном наблюдении. К нам в подразделение он пришел от «притворщиков». Самую малость не доучился, программу закрыли. – Ты знаешь, вообще такое ощущение, что этот Вадик, он же Вася, вообще страх потерял. Проверялся как-то лениво, все равно, что никак.

– Хорошо, если так: Слушай, а откуда это про поссать в лифте, в Интернете выудил? – Женька любил на досуге полазить по сети.

– Это мне Берташевич поведал, когда мы назад ехали. Был он недавно в одном городке, там у них...

– И?

– Ну, городок бедный, последний хрен, можно сказать, без соли доедают, короче, как везде в России, даже похуже.

– Удивил.

– Слушай дальше. Так вот, местные власти вдруг взяли да приняли программу «Жилье для неимущих», выклянчили под это дело деньгу из центра и построили.

– Что?

– Как, что? Дом для неимущих, то есть для себя, любимых. Справный такой домишко, целых двенадцать этажей, с лифтом. Единственная во всем городе высотка, можно сказать, местный небоскреб. Заселили туда чиновников из мэрии и всех прочих местных бугров, как раз сорок квартир и заполнили.

– И, как народ, безмолвствует?

– Не сказал бы. Сначала ходили туда как на экскурсию, на лифте катались, а потом повадились каждую ночь этот самый лифт зассыкать, да еще и гадить на лестницах.

– Ну, прямо, революционеры. А, что жильцы?

– Ничего с этим поделать не могут. И консьержей нанимали, и наряды милиции выставляли, и аппаратуру вешали. Один черт, к утру лифт обоссан, лестницы обосраны, а изображения нет, потому что все камеры кем-то сняты.

– Круто!

– И не говори. Просачиваются народные мстители...

– А менты?

– Ментам тоже квартир не дали, так что они на стороне повстанцев. А у местных это вообще превратилось в какой-то обряд. Костя говорил, что если парень пару раз в тот дом не сходит, ни одна девка с ним гулять не пойдет.

– Да уж... – я допил кофе и пошел прочь из кухни.

– Командир... – тихонько позвал меня он, и я остановился в дверях.

– Что?

– Без обид, ты с дверью-то справишься? – когда-то у меня неплохо получалось с замками: бойцам из группы Волкова в свое время организовал по этой теме мастер-класс его друг Саня Котов, а для проведения лабораторных работ привозил самого настоящего профессора этого ремесла, солидного седовласого мужчину с тридцатилетним стажем работы и всего двумя отсидками за мастерство.

– Должен справиться, – я посмотрел на собственные пальцы: вроде, не дрожали. Пошевелил ими. – Ручки-то помнят, да и инструмент есть. Осилю как-нибудь.

– Как ты говоришь, вот и чудненько. Нам-то что делать?

– Как все со стола сметете, идите дремать, но только чтоб одним глазом, и Дед, и мы, можем позвонить, мало ли что. Завтра вам опять на подвиг, – из нас пятерых клиент знал в лицо только меня и Крикунова, так что других кандидатур для ведения слежки у нас просто не было.

– Понял.

– Кира, на выход! – и мы двинулись.

Герой-разведчик не стал ставить офис на сигнализацию, наивно веря, что если в соседнем подъезде располагается опорный пункт милиции, то никто не осмелиться зайти. А мы осмелились. На то, чтобы отпереть входную дверь, у меня ушло минуты две. Не самый хороший, признаю, результат, но, во-первых, некуда было спешить и, во-вторых, я старался не оцарапать замок.

Чуть больше времени ушло на то, чтобы разобраться с пузатеньким сейфом производства фирмы PDD – «Ponty Dorozhe Deneg». Говоря о подобного рода чудесах инженерной мысли, надежных исключительно, на первый взгляд, тот самый дядя с профессорской внешностью говорил, что основным их преимуществом перед другими хранилищами является то, что при утере ключа не стоит особо расстраиваться. Достаточно взять обычную канцелярскую скрепку, слегка изогнуть ее, и путь к успехам открыт.

Пока я вспоминал уроки из прошлой жизни, Кирилл возился с хозяйским компьютером. Включил его, достал из кармана флешку и вставил в разъем на системном блоке.

– Как дела? – поинтересовался я.

– Порядок, комп навороченный, а запаролил только вход в «винду». Одно слово, «чайник». Секундочку. Опаньки, готово.

И у меня все было готово. Дверка с радующим душу взломщика скрипом распахнулась. Внутри находились деньги, много денег, около ста пятидесяти тысяч долларов, сто тысяч евро и кое-какие схемы и документы.