К сведению любителей бытового хамства, перед тем как обозвать кого-нибудь или послать куда подальше, неплохо все-таки на секунду задуматься. Вдруг человеку кто-то уже успел испортить настроение, и он воспримет ваши слова слишком близко к сердцу. Будьте добрее к людям, иногда это крайне полезно для здоровья.

Вернувшись через четыре месяца в столицу, Коваленко разыскал-таки любимую девушку, побеседовал и узнал, что все у ней хорошо. Прекрасно учится, много читает, занимается аэробикой. Познакомилась с одним хорошим человеком, сотрудником «Банка Москвы», у них отношения. Колечко он ей так и не подарил: пока его где-то носило, дверь в комнату сломали и вынесли оттуда все, что было можно и нельзя.

В чем же, спросите, мораль? Да, в том, что нечего шляться по кабакам, проще надо быть и скромнее. Если бы Коваленко выбрал для предложения руки и сердца Третьяковскую, например, галерею или музей земледелия при МГУ, то наверняка бы не только обрел семейное счастье, но и сэкономил столь необходимые для совместной жизни деньги. Да и тот же Алхазур Джанхоев, реши он круто расслабиться в «Макдональдсе» на Юго-Западной или «Крошке-картошке» на Профсоюзной, глядишь, и прожил бы чуть дольше.

И все-таки история, как говорят классики, сослагательного наклонения не имеет, а потому все случилось, как случилось.

– Такая вот джигурда вышла, – сокрушенно покачал головой Костя. – Едва, блин, разрыв сердца не заработал.

– Говори за себя, – вступил в разговор, вернувшийся из кухни Женя. – У меня точно инфаркт был, – поставил на стол поднос и упал в кресло. – Командир, у нас здесь валидола случаем нет?

– Зачем тебе?

– Веришь ли, до сих пор сердце колет.

– А у меня руки трясутся, – скорбно сообщил Берташевич.

– Значит, нет, – догадался Сироткин. – Ну, тогда мы с Бертой по соточке, исключительно в медицинских целях.

– Максимум, по сто пятьдесят... – добавил тот, и они, дружно вскочив, помчались на кухню к холодильнику. Через пару минут вернулись, заметно повеселевшие, и тут же принялись за еду. Сволочи...

Впрочем, по порядку. В 9.58 клиент приехал в офис. В 11.23, когда он только-только принялся сопеть, раздался звонок. Несмотря на протестующие вопли партнерши, прервался, коротко переговорил, сказал: «Еду» и на всех парах рванул из офиса, даже не извинившись перед дамой за случившийся форс-мажор. Та, бросив ему вслед: «Козел», отправилась на кухню и принялась сердито греметь посудой.

Выйдя из офиса, фальшивый Вадим поймал частника и добрался до метро, доехал до «Смоленской». Выбрался из метро в начале Арбата, прошел мимо Макдональдса и направился к кафе на противоположной стороне. Женя с Костей двинули следом и едва не спалились, потому что...

– ...стоял у входа в кафе и внимательно так смотрел, кто идет. Хорошо еще, что я свернул к киоску за сигаретами, а то точно узнал бы.

– Дальше.

– Наш клиент прошел мимо него и зашел в кафе. Тот постоял еще минут пять и тоже, следом. Я – пулей во двор, позвонил оттуда Берте, чтобы тоже шел туда, сидел тихонько и не выходил, пока я не скажу.

– Так.

– Я вошел, устроился через пять столиков от этих двоих, заказал чаю с булочками, у них там выпечка классная.

– Очень ценная информация, а что они?

– Сделали заказ, нашему пиво принесли, а тому кексу – кофе. Ну, сидели, говорили. Наш ему что-то рисовал на салфетке.

– А потом?

– Потом наш ушел, а тот посидел еще минут десять, расплатился и тоже пошел на выход.

– А салфетка?

– Перед уходом положил в карман.

– Клиент, – вступил в разговор Сироткин, – когда из кафе вышел, протопал до Макдональдса и остановился. Постоял, покурил, подождал второго. Тот подошел, они еще немного постояли рядом, поболтали, потом наш пошел к метро, а тот следом в отдалении.

– Контрнаблюдение, – грустно проговорил Кирилл.

– Точно, – согласился я, и, обращаясь к Сироткину, спросил: – Он тебя засек?

– Думаю, нет.

– Думаешь или уверен? – уточнил Крикунов.

– Я уверен только в том... – начал было Женя, но встретив мой взгляд, постарался спрятать эмоции, – девяносто процентов, что нет. Не спорю, парень он зоркий, но я прятал физиономию под козырек кепки и, вообще, шел несколько в другую сторону.

– А Берту?

– Берта вошел в кафе рядом с еще двумя мужиками, а, потом, он его никогда раньше не видел.

– Теперь, если можно, об этом красавце поподробнее. Откуда он тебя знает?

– Учились когда-то вместе.

– На притворщиков?

– Точно.

Да, значит, хвост за ним не пустишь, срубит на раз-два. В адрес по месту жительства и работы тоже не сунешься, наверняка, и там, и там установлены «секретки». Хреново.

– Небось, отличником был?

– Старался очень, все мечтал выбиться в асы. Когда нас разогнали, страшно расстроился, даже слегка запил.

– Данные на него помнишь?