– Еще три поворота. Осторожно, тут впереди еще ловушка, не наступи. Чтобы этим строителям в муравейник влипнуть, причем не ногами. А летать ты умеешь?

– Не знаю. Падать умею.

– Ниспошли Шергэллах здешним строителям участь в свой гарем только таким ходом пробираться! Может, попробуешь полетать? Во-о-он над той ловушкой?

– Отцепись.

– Дарья, а Джано умел приказывать животным. Попробуешь?

– Это на Левушке, что ли?

– Ну хотя бы.

– Мр-р-р-ряу!

– Вот видишь, он против.

– А если вон тому пауку?

– Общаться с пауками? Не раньше, чем попробую полетать!

– Да? А вон там летучая мышь…

– Мама!

На плече сидел Левчик и воинственно шипел на странные холодные тени, которые время от времени попадались на дороге… тени шугались, но от шипения становилось совсем уж жутко.

Поэтому можно понять, почему на появление «себя» я среагировала не совсем адекватно. Прежде чем Шер схватил меня за руку, в сторону лже-Дарьи полетела прихваченная у охраны табуретка.

– Пф! – шарахнулась моя копия.

– Уй! – отозвался кто-то за ее спиной.

– Дарья, не бей его, это Менялка!

– Пыф! – подтвердила моя копия, тараща глаза. Твою диету, неужели у меня бывает такое глупое выражение лица?

– Дурдом. Ты-то как сюда попал?

– Самое интересное, не один попал… – прокомментировал Дауд, присматриваясь к мишени, в которую угодила табуретка. Мишень была мужчиной лет тридцати на вид, с очень интересным набором предметов в руках: в правой – халва, в левой – веревка. – Я его знаю. Это Джиссир из охраны Инфериоры.

Да? Удачно попала табуреточка.

– И зачем он ловил Менялку?

Тесто, сообразив, что больше в него швыряться ничем не будут, бросилось к Шеру и оживленно замахало руками, кажется, жалуясь на погоню.

– Они хотят выдать его за тебя… – донесся голос справа. – И заставить Джано что-то сделать. Ранить или убить.

– Кто это ска… – Я нашла глазами говорящего. И не поверила этим самым глазам. – Массимо?! Что ты делаешь в камере?

Пока мы, не теряя времени, осуществили рокировку, вытащили из камеры Массимо и запихнули на освободившееся место ловца нашего теста, вампир торопливо излагал события.

В камере он сидел не просто так. Его туда посадили «за предательство долга и попытку доносительства». Проще говоря, аур засек попытку подслушивания, а, прочитав еще и мысли вампира-охранника, взбесился окончательно. Почему не убил на месте – неясно. Сказал, что разберется потом, а пока распорядился запихнуть в «изолясьон».

– Куда?

– Сюда. В подвал. Он изолирован, здесь нельзя подпитаться. И связаться с кем бы то ни было отсюда нельзя.

Ну да. А разговор с Джано – это такой оригинальный глюк, так, что ли? Хм… вряд ли. По крайней мере, раньше у меня не было привычки плавить двери – даже ради гамбургеров… А сейчас вдруг завелась, причем как раз когда Джано сказал, что поделится силой. На совпадение не тянет. Потом разберемся.

– Джано тоже тут?

– Нет. – Массимо отвел глаза. – Его держат наверху, в комнатах аура. Это рядом с залом изъятий.

При слове «изъятия» по спине прошелся холодок. Была бы у меня шерсть – взъерошилась бы не хуже Левчика.

– Как его оттуда достать?

– Не думаю…

– Как?!

– Никак, – вздохнул вампир. – Они с него до Представления глаз не спустят…

– Хакарл им в прическу. – Если начать швыряться в зале, то можно ведь и по нему попасть. – Что же делать…

– Дарья, сюда идут! – Голова исправно выполняла свою шпионскую роль.

– Менялку ищут…

– Менялку? А это мысль!

Дарья

– Вот она!

– Хватай!

– Попалась!

– Тише, спугнешь! Окружаем…

Вывернувшие из-за угла вампиры были порядком озлоблены шастаньем по подземельям, но притормозили, в шесть глаз уставившись на беглянку.

Пропажа, завидев преследователей, вжалась в стену и завертела головой, ища выход. Но тут было что-то вроде тупика, и при должном везении у вампиров имелся шанс.

– Тихо. Не спугни только, – почти нежно проговорил один из преследователей. – Ласково.

– Кровь первых предков, ласково, с этой? Да хватаем, и..!

Второй преследователь не двинулся. А вот схватить – схватил, но явно не девицу. А своего же коллегу. За рубаху.

– Тини, тебе нос дорог? – проникновенно поинтересовался он.