– Ты?

– Мир твоему дому… орихальти Джано, – вздохнул Алишер.

Что? А ну-ка, ну-ка… Они знакомы, что ли? Я вампиреныша на рынке купила? Хотя они вроде не продаются. Или продаются… Что-то там этот рабоменеджер говорил…

Точно знакомы. Удивление на лице моего вампира просвечивало даже сквозь краску.

– Что ты здесь делаешь?!

Мальчишка полыхнул, как пролитая самбука:

– Прощения прошу у орихальти Джано за то, что недостойный Алишер не оказался там, где ждал меня увидеть светлоглазый. Недостойному только хотелось бы знать: где именно я сейчас должен был оказаться?

О-о… Похоже, я купила ту еще гадючку. У вампира даже слов не нашлось поначалу. Стоял и молчал, как сторожок у клумбы. Даже не мигал. Остальные «покупки» уставились на разговорившегося Алишера, как я на бегучую икру. То есть в полной непонятке и с изрядной опаской. Естественно. Если уж даже мне после посещения рабских рядов с их кандалами-плетками такое поведение показалось странным…

– Шер? – наконец очнулся Джано.

– Гаид, орихальти Джано, – уточнил мальчишка, с вызовом задрав голову. Рабский узор на худой шее смотрелся как обвившая горло змея. – Мое новое имя – Гаид. Простачок. Хотя… о чем это я. Светлоглазому не к чести помнить имя каждого раба. Как и свои обещания… не так ли?

Ох, ничего себе… Это что ему Джано такого обещал? Кажется, я уже догадываюсь…

– Алишер! – Голос вампира громыхнул… и смолк на полуслове, потому что мальчишка – точно прутик сломали – быстро и привычно опустился на колени. Прямо в грязь возле лужи. Руки у груди, голова вниз, так, что лица не видно. И мне снова стало не по себе, как там, на рынке, когда я случайно поймала взгляд парнишки. Потому что именно с такими глазами обычно не живут. С такими выходят на улицу и цепляются к хулиганской компании. Или идут на красный свет на оживленной трассе. Или просто стоят на крыше высотки и смотрят, сколько до земли…

Кажется, Джано тоже проняло.

– Алишер… я не понимаю!

– Недостойный просит прощения за наглость, – бесцветно проговорил парнишка, глядя в землю. И замолк.

– Шер…

Ни звука в ответ.

Вампир потерянно окинул взглядом застывшую фигурку и почему-то уставился на меня.

– Ты где его взяла?

– На помосте, – отчиталась я. – Ну на рабском рынке.

– Ты хочешь сказать, на бывшем рабском рынке? – уточнил хозяин, но как-то без яда, чисто по привычке. – А заодно на живном и птичьем…

– Ну да, – в конце концов, ему лучше знать. – Где сейчас слон бегает.

– Два слона, – рассеянно отозвался вампир. – Но как он?.. Хотя… позже.

Согласна. Не на улице же такое выяснять. И не в таком виде.

– А это…

– Позже! Сейчас – домой.

– Дарья, иди быстрее!

Я поморщилась. Когда Джано включает Старшего, то его вампирское «я-высшее-существо-и-так-далее-и-все-такое» прямо до маковки захлестывает. Хоть из дому беги. Слава богу, у него это не так часто срабатывает, в основном, когда надо отцепиться от любимых коллег или построить меня (ха! попытаться построить!), но если уж срабатывает… туши свет. Тогда тихий ботаник, симпатичный заморыш и кандидат в мои младшие братики превращается в высокомерного типа с носом выше крыши. Голос такой, что Арктика от зависти перегреется, в ней-то столько льда не наберешь, лицо – будто из комнаты восковых фигур, а глаза… вот уж действительно – «светлоглазый». Брр.

Вот и сейчас. Ну кто ему опять хвост накрутил? Идем по дороге, никого не трогаем, тихие и даже не сильно помятые, всем на заглядение.

Ой, мамочка…

Действительно всем!

Наш доблестный антиработорговый отряд топал по узенькой улочке аккурат посередке, потому что слева и справа откуда-то взялось довольно много народу. Нет, не только вампиры, хотя среди цветных тюрбанов и ярких платков время от времени мелькали темные капюшоны. Но людей было больше, и они смотрели… ох, как они смотрели…

Под этими взглядами у меня прямо волосы зашевелились. И маска размазанная заполыхала. И драная накидка. Ой-ой… Вот это позорище. Первый день в обнимку со шваброй отдыхает! Пусть тогда весь офис сбежался на меня любоваться, но подобных комментариев не было! Слабая фантазия у офисных – додуматься до такого:

– Нейгэллах всемилостивейший, вы только посмотрите на это!

– На этот раз Джано превзошел самого себя.

– Отчего же? Помните того лохматого слона, которого он каким-то образом вытащил из ледяной горы и оживил?

– Да простит меня коллега Милетти, но, по моему скромному мнению, слон куда более предсказуем… а это воистину несравненно.

– Узрейте порождение дэва людоедского, о, правоверные! Узрейте и оплачьте участь несчастных, коих пожрало чудище непотребное! – Это влез бритый «возноситель славы божьей», что-то вроде местного монаха. Они вообще забавные, и я не раз хихикала над тем, как они по-дурацки выглядят с наполовину крашенными лицами. Возносители Нейгэллаха красили правую половину, монахи Шергэллаха – левую. Или наоборот? Не помню…