— С вашей стороны, очень глупо убегать, — продолжала я. — Ваши изделия разложены на столе, нет смысла от меня прятаться. — Я снова подождала, но ответом мне опять была тишина. — Ну, дело ваше, — проговорила я, продвигаясь вперед.

Мне приходилось прикрывать пламя рукой, чтобы оно не погасло при быстрой ходьбе. Дойдя до поворота, я, не задумываясь, свернула, так как точно знала, в каком месте туннеля нахожусь и сколько времени у меня уйдет, чтобы добраться до замка. Я стала про себя рассуждать. Вот наконец я оказываюсь у основания лестницы, что ведет к двери, расположенной в глубине кухни. Время завтрака прошло, если все уже успели убрать, то в кухне никого не будет, а значит, таинственный мастер Тони сможет беспрепятственно проскользнуть в дом и благополучно улизнуть через один из боковых выходов еще до того, как я настигну его. Мне ничего не оставалось, как погасить свечу и ускорить шаг. В моей памяти сохранился план туннелей, поэтому я шла быстро, держась за стены, хотя вокруг стояла непроглядная тьма. Пройдя последний поворот, я остановилась. В нескольких футах от меня кто–то стоял.

Человек не двигался. Даже дыхание его не было слышно. Я тоже остановилась и прислушалась, но беглец, казалось, растворился в окружавшей нас темноте. Однако постепенно мои глаза стали различать его силуэт. Он словно пытался слиться со стеной, тщетно надеясь, что я пройду мимо. Очертания его фигуры показались мне знакомыми. Мне сразу вспомнилась темная фигура, виденная мной ночью в спальне.

— Кто там? — спросила я шепотом. — Кто вы? Вы живете в коттедже Троя?

— Да, — ответил он.

В его голосе я уловила знакомые нотки, и сердце мое учащенно забилось. Мои пальцы лихорадочно старались нащупать спичку, но они слишком дрожали, и мне никак не удавалось зажечь свечу.

— Уходите, — прошептал он, явно стараясь сделать голос неузнаваемым, — Не зажигайте свечу, просто уходите.

Я чувствовала, как он выставил вперед руки, словно пытаясь отгородиться от меня. Потом повернулся и вошел в туннель, который не имел выхода. Я заколебалась. Во мне как будто происходило раздвоение личности. Внутренний голос подсказывал мне последовать совету незнакомца и уйти. Иногда нам не стоит испытывать судьбу и бросать ей вызов. Порой наша гордость и непреклонность не идут нам на пользу. Это был уже не первый случай, когда на жизненном перекрестке я делала выбор в пользу более опасного пути.

Но не просто упрямство толкало меня вперед, и не только гнев на Тони. Другая половина моего существа, дремавшая где–то в отдаленных уголках души, вдруг пробудилась и заявила о себе. Я чувствовала, что у меня в груди словно забились два сердца, как будто ожило и отдалилось мое второе я, но вот оно снова слилось со мной, и, уже не раздумывая, повинуясь этому новому чувству, я чиркнула спичкой и зажгла свечу, которая должна была осветить мой путь через тьму неизвестности к истине.

Я вошла в туннель, заканчивавшийся тупиком. Уступая свету, тьма на несколько мгновений расступалась, чтобы тотчас же сомкнуться у меня за спиной. Ощущение было такое, словно сзади захлопывалась железная дверь, отрезая путь назад. Непроизвольно в моей памяти всплыли рассказы Рая Виски о привидениях и растревоженных духах предков. Эти тайные ходы как нельзя лучше подходили для общения с потусторонним миром. И сразу ожили мои детские страхи. Мне подумалось, что, может быть, и дух Тома бродил где–то поблизости или дух моей молодой матери таился в одном из заполненных тьмой коридоров. Я взглянула на плотную стену мрака, начинавшуюся там, куда не доходил свет моей свечи. Наверное, уже поздно было отступать, скорее всего, я пересекла роковую черту.

Дойдя до первого поворота, я свернула. Коридор оказался коротким, впереди смутно стала вырисовываться стена, возведенная по распоряжению Тони, чтобы никто посторонний не мог попасть в туннели. Куда же девался человек, с которым я разговаривала всего несколько минут назад? Замедлив шаг, я подняла повыше свечу, держа ее перед собой на расстоянии вытянутой руки.

Внезапно я ощутила колебание воздуха. Из той части коридора, куда не доходил свет, выступил вперед человек. Я опустила свечу, в это время он протянул руку и сжал в кулаке крохотный язычок пламени, стало темно.

Но это ему не помогло. Перед тем как погаснуть, пламя вспыхнуло, на мгновение осветив его лицо. И в ту же секунду кровь прилила к моему лицу, и оно вспыхнуло едва ли не ярче пламени свечи. Даже когда свеча погасла, глаза этого человека продолжали сиять для меня, и я узнала бы их из тысячи.

— Трой! — крик вырвался из моей груди.

— Хевен, — шепотом выдохнул он.

Секунду я не могла понять, кто передо мной: человек призрак или порождение моего чересчур возбужденного рассудка. И чтобы все наконец стало ясным, я зажгла свечу.

— Ведь ты не призрак из рассказов Рая Виски? — прошептала я, осторожно касаясь его руки. В туннелях гулял ветерок: заставляя плясать пламя свечи. Отблески света дрожали на лице Троя. Его глаза, глубокие, как лесные озера, показались мне совсем бездонными.

— Нет, — ответил Трой, — я не призрак, хотя порой я чувствую себя привидением. — Чуть заметная улыбка тронула его красиво очерченные губы. На нем были белая шелковая блуза, казавшаяся желтоватой в слабом свете свечи, и плотно сидевшие черные брюки.

— Я ничего не понимаю. Что же все–таки произошло? И что происходит сейчас? — В своем голосе я услышала истерические нотки. Трой тоже их уловил и сразу взял меня за руку.

— Давай вернемся в коттедж, — мягко сказал он. — Там я тебе все расскажу.

Идя за Троем темными коридорами, я представляла себе, что спускалась в царство мертвых и вырвала его из объятий вечного сна. Теперь мы вместе возвращались туда, где торжествовали жизнь и свет. Шли мы молча, и эхо наших шагов оставалось позади, поглощенное вязкой темнотой, в которой утопали все звуки. Сердце неистово колотилось у меня в груди, и стук его, я была уверена, отдавался даже в пальцах. Трой не мог этого не чувствовать. Я словно возвращала его к жизни, согревая теплом своего сердца. Скоро мы снова оказались в подвале коттеджа. Трой отступил в сторону, чтобы я первая поднялась по лестнице. В нерешительности я оглянулась, боясь, что силы тьмы увлекут его назад в туннель, ведущий в прошлое. Но Трой продолжал идти за мной и, как только мы вошли в дом, закрыл дверь подвала.