— Да из местных он, точно — абориген! Ну, дядя Миша, что я — полная дура, русского мужика от местного отличить не смогу? Да не говорил он по-русски, на латыни только, и то, знаешь, особой разговорчивостью не отличался… Что? Почему ноутбук работал? Так я выключить забыла, уснула… А ты, дядюшка, меня, между прочим, разбудил ни свет ни заря… Секс? Какой еще, на фиг, секс, вот уж это вообще не твое дело!

— Ой, лапочка! — Михаил Петрович при этих словах скривился. — Ты пойми — меня ведь твоя личная жизнь не интересует, меня тот опаснейший тип интересует, что под видом повара сюда пробился…

— Так ты ж его мне и привел, дядя Миша!

— Я и привел, да… Дурак старый. Впрочем, может, повар твой и не при делах… Может, он сбежал, да дверь растворило… вот и прокрался кто с улицы. Так тоже может быть, не спорю. Искать надо… Так вот, по поводу секса… я к чему спрашиваю? Ты его голым видела? Ну, может, приметы какие, татуировки…

— Вроде не было ничего… а вроде и были. Ой, дядюшка, да не запомнила я! И вообще, у меня башка трещит, прямо раскалывается. Шли бы вы уже, а?

— Значит, про наколки не помнишь? Может, какой-нибудь там штурвал… ну, как у моряков… надписи всякие?

— Да не помню я! Говорю же — внимания не обратила.

— Ладно, с другой стороны зайдем. Как он себя вел-то? Как тупой абориген? Или все же что-то такое настораживало? Вспомни, девочка, вспомни. Ну, миленькая, ну очень надо! Если мой косяк, мне и исправлять… Знать бы!

Девчонка задумалась, наморщила лобик…

— Кажется… что-то такое было…

— Ну-ну-ну!

— Шорты! — Наталья встрепенулась и расхохоталась. — Ну конечно шорты.

— При чем тут шорты? — обескураженно моргнул гость.

— Понимаешь, дядюшка, есть у меня подружка, ты ее знаешь — Карина.

— Знаю — хорошая девушка.

— Так вот… у нее с моим поваром был секс, на моих глазах прямо… Ну, завелась девчонка, понимаешь?

— Чего ж тут непонятного?

— И вот, он с нее шорты стянул… знаешь, очень даже умело и быстро — деловито так расстегнул молнию, словно это для него — обычное дело. Я еще тогда удивилась… Не думаю, чтоб абориген так смог!

— Молодец! Молодец, племяшка! Умм… дай поцелую. А где подружку твою найти?

— Так дома, наверное. Хотя нет — на охоту она собиралась, меня звала. Говорят, сам король приедет.

— Да, его величество Гуннерих-рэкс соизволит почтить своим присутствием, — с нескрываемой издевкой произнес Михаил Петрович. — А ты что же, не пойдешь?

— Да не люблю я ни охоту, ни рыбалку, ты ж знаешь. Это уж ваши, мужские дела.

Один из парней в черном плаще появился на пороге, что-то сказал.

— Ага. — Михаил Петрович поднялся с кресла. — Вот и служанка твоя в себя пришла. Пойду поговорю.

— Говори, коли хочешь. — Потянувшись, Наталья сладко зевнула. — А я, пожалуй, еще посплю.

Судя по машине и вдруг раздавшимся во дворе мужским голосам, Александр свалил в последний момент — вовремя предупредили! Однако нестись сломя голову по пустынным утренним улицам не стал, справедливо полагая, что таким образом привлечет к себе совершенно излишнее в данном конкретном случае внимание, чего никак не хотелось бы. А раз так, нужно что-то придумать, что-то сообразить, и как можно скорее.

Затаившись за раскидистым кустом, беглец прислушался — где-то за углом, рядом, явственно раздавались голоса, смех. Не похоже, что это и есть погоня… Ага, вот появились — пятеро парней в туниках и коротких плащах несли на печах кирки, лопаты… Понятно — рабочие. А вот еще одни «плащи» — черные. Вышли навстречу… нет, даже и приближаться не стали, лениво зевнули да махнули рукой — мол, проходите. Ага… вот, значит, как…

Саша внимательно осмотрелся вокруг и, не найдя ничего подходящего, переместился метров на пятьдесят вперед — до какого-то строящегося дома. Снова огляделся, оторвал от лесов узкую доску, положил на плечо… мысленно перекрестился… пошел…

И вывернул из-за угла прямо на ребят в черных плащах!

— Сальве! Наши не проходили?

— Туда пошли. — Один из парней махнул рукой. — Поспеши, серв, еще догнать успеешь.

— О, благодарю!

Кивнув, Александр быстро зашагал в указанную сторону, на ходу соображая, каким образом отыскать нужную улицу. Нельзя же вот просто так взять и спросить — слишком подозрительно. Да и не у кого пока. Впрочем…

В одном особнячке, слева, копошились во дворе слуги — подстригали кусты, выкладывали камнями дорожки.