Шрифт:
Нет оснований не верить майору гражданской обороны. Поднялись и двинулись вслед за остальными. Нужно было что-то говорить, подводить какие-то итоги. Только сил уже не было.
Почувствовал, как Тома осторожно взяла меня за руку – теми же тонкими пальцами, которые несколько минут назад разряжали в людей пистолет.
Хоть убейте – мне никогда не понять женщин…
11
Мотоцикл майора подкатил к Обители с эффектным треском. Чего не скажешь про комфорт.
Ворота открыты, и альбатрос над ними выглядит совсем беззащитным. Въехали на территорию – и сердце сжалось: справа ярко раскрашенный экскаватор безжалостно крушил хозяйственный блок. Пара бульдозеров деловито сгребала мусор. Чуть в отдалении чудовищный агрегат вколачивал в землю бетонную сваю. Проехали мимо группы рабочих в оранжевых касках, послышалась речь на незнакомом гортанном языке…
Подъехали к основному корпусу. Майор заглушил двигатель. Спешились. Поднялись по ступенькам крыльца.
– Я здесь покурю… – сказал майор, прищурившись на холодное солнце.
Я кивнул, зашел внутрь. Знакомый путь – и вот я у той самой двери. Осторожно постучал, открыл.
Невольно улыбнулся.
Завхоз сидел за тем же столом, в тех же старых очках, и перед ним на миниатюрном стапеле высился новенький, сверкающий лаком, парусник. Невнятно бубнило радио, и ничего не говорило о том, как изменился мир. Разве что полки вдоль стен пустовали.
Матвеич глянул на меня поверх очков, кивнул и вернулся к обработке какой-то детали. Я молча прикрыл за собой дверь, сел на массивную табуретку.
– Не успели снести – уже строят? – спросил я.
– Да… – сказал завхоз. – Когда в дело вмешиваются большие деньги – все происходит быстро.
– А дети где?
– Домой отправили. Пока не обустроимся на новом месте…
– Нашли уже – новое место?
Матвеич отложил инструменты, принялся вытирать руки тряпкой. На меня поглядывал виновато.
– Ты же понимаешь… – сказал он.
– Понимаю, – кивнул я. – Я – пройденный этап. Отброшенный хвост.
Матвеич с укором покачал головой.
– Я просто вернуть хотел…
Достал из сумки и выложил на стол Клоуна. Кукла лежала, перекрученная, словно тряпичный мошенник решил напоследок обернуться и что-то сказать мне. Даже немного жалко – словно расставаться с въевшейся вредной привычкой.
Глаза у завхоза загорелись, он схватил куклу, принялся жадно рассматривать.
– Спасибо за своевременную помощь, – деликатно сказал я.
К чему вспоминать старые обиды?
Матвеич, похоже, меня понял, улыбнулся виновато.
– Это поможет восстановить Штуку? – спросил я.
– Надеюсь, – осторожно сказал завхоз. – Затворник считает, что да…
С кем бы не хотел никогда больше видеться, так это с Затворником. Ну его ко всем чертям вместе с его великими знаниями и большой наукой…
– Тихоня с Экзекутором не объявлялись?
Матвеич покачал головой:
– Нет… Сгинул где-то… Держателей, вот, тоже отстранили…
Наверное, надо было сказать что-то вроде «туда им и дорога». Но кто я такой, чтобы судить?
– Значит, мы больше никогда не увидимся? – спросил я.
– Вряд ли, – пожал плечами Матвеич. – Да и зачем тебе нужны слабаки? У Клана своя дорога, у тебя своя…
Мне нечего было сказать на это. Я просто встал и повернулся к двери.
– Подожди, – сказал завхоз. – Это тебе на память…
Майор все еще курил, задумчиво глядя на облака.
О чем он думает? О вечном? О радиоактивных осадках?
– Поехали? – спросил он, и было в этом что-то гагаринское.
– Пешком хочу пройтись, – сказал я. – До станции. А там – электричкой…
– Ну, смотри… Донесешь?
Это он про фрегат в моих руках.
– Донесу, спасибо…
– Ну, тогда…
Майор крепко пожал мне руку.
– Прощай, Близнец! Привет Томе!
– Передам. Прощай, майор!
У ворот наткнулся на стайку знакомых ребят. Те замерли, уставившись на меня, словно не зная как себя вести. Наверное, уже получили указание от старших. Что ж, хорошая у Клана смена растет.
Я улыбнулся и сунул подаренный парусник в руки знакомого мальчишки. Артем, кажется… За спинами у всех стояла и смотрела большими глазами Катя. Она тоже ничего не сказала. Только мне показалось – она сейчас заплачет.