Она вскочила, засияла, все вот такие почему-то уверены, что миллиардеры только и думают, на ком бы жениться, потому самое важное — всегда улыбаться, показывать себя веселой и щебечущей и, конечно, восхищаться и восхищаться, как советуют все учебники по ловле богатых женихов.

— Привет-привет, Лорочка, — сказал я милостиво.

— Вы прекрасно выглядите, — сказала она заученное, но с таким пылом, что я почти поверил. — Вам нужно только чаще гонять кровь, а то застойные явления всякие…

— Я сублимирую, — ответил я с улыбкой.

— Шеф, я прочла в инете, — сообщила она преданно, — что секс помогает мыслить!

— Да ну, — сказал я. — Интересная новость…

Я и спиной чувствовал, как она улыбается и согревает спину мне взглядом, вся из себя теплая и пушистая.

Кабинет мой впятеро шире прошлого, я убрал стены соседних помещений, а после ремонта мой прежний рабочий стол теряется среди обилия дорогой мебели. Потолок по моде весь усыпан стразами размером с кулак, пол в коврах из якобы звериной шерсти, одна стена с дорогими изданиями книг, другие теперь не выпускают, половину второй занимает бар с подсветкой, где, подобно драгоценностям, ждут моих рук коньяки и вина времен Наполеона и разных луев.

Будь я женщиной, уже пять раз бы поменял и кабинет, и сам офис, даже район, но мужчин раздражает даже передвинутый стол, мы не понимаем этой нерациональной женской страсти раз в месяц таскать туда-сюда всю мебель.

Я со вздохом облегчения провалился в кресло директора, где сотни дизайнерских придумок, наворотов, гаджетов и прочей не всегда нужной хрени. На столе заплясали голографические — зачем? — отчеты, графики, сообщения, расписания встреч, приглашений на вечера, банкеты, мероприятия, конференции…

Досмотрев до конца, я щелкнул пальцами, дескать, стереть, минуя мусорную корзину, вызвал единственно интересные мне отчеты о распространении «Виртуальной Москвы», что с прошлого года стала уже «Виртуальным миром», так как мы замапили всю планету, и теперь в vl из московской квартиры можно легко переместиться в Австралию и зайти в гости к местной подружке, вместе пойти погонять кенгурей или поплавать в районе Большого Барьерного рифа.

Одно знаю точно: Корневицкий — гений в деловом мире. Все, к чему прикасается, приносит деньги. Да, у него пятьдесят один процент «Виртуального мира», но и сорок девять сделали меня человеком, скажем скромно, очень независимым в этом обществе.

При этой команде директоров, менеджеров и планировщиков я постепенно превращаюсь просто в хозяина, стригущего купоны. За мной осталось только общее планирование, стратегия развития, а она, честно говоря, не слишком сложная. Корневицкий указал нам золотую жилу, в которой до нас вяло копалось несколько дилетантов, а мы с его легкой руки явились с экскаватором.

Из стены вышла и остановилась перед моим столом Одри Керолайн, яркая, в коротких шортах и топике, с башней белокурых волос. Критически оглядела мой стол.

— Ты же крупный босс, — сказала она обвиняюще, — а помещение у тебя, как у простого клерка!.. Эх, далеко я от тебя, а то бы все поменяла…

Голос ее и в переводе с французского на русский оставался таким же мягким и мелодичным, у меня элитная модель транслэйта, улавливает и точно передает все оттенки. Такую при желании можно настроить на акцентирование некоторых моментов, но это делают только для прикола.

Она улыбалась и слушала, как звучит ее голос на русском языке. Я ответил на английском:

— Одри, ты смеешься? Видела бы, что здесь было раньше!..

— А что было? — спросила она живо.

Я подвигал руками в воздухе.

— Рабочий кабинет!

— А сейчас?

— Апартаменты, — сказал я. — Безобразные просто. Чересчур огромные. Будто я арабский шейх какой-то!

— Ничего не безобразные, — сказала она безапелляционно. — Ты не только генеральный директор, но и хозяин? Вот и хозяйствуй. У тебя должно быть пространство, чтобы достойно принимать гостей.

В дверь постучали, я шевельнул кистью, створки раздвинулись, как в метро. Вошел Василий Петрович, в руках флешка, он по-старинному предпочитает приносить ее лично, хотя у нас автономная сеть и беспроводникам ее никогда не взломать.

Он покосился на Одри, отвесил ей вежливый поклон.

— Мое почтение, леди. Владимир, новые скины посмотрите?

— Обязательно, — ответил я. — Одри, хочешь взглянуть?

— Еще бы, — сказала она с удовольствием. — Завтра увидят все, а я — сегодня! Круто.

Василий Петрович положил флешку на стол, этого достаточно, я провел над нею пальцем, растамаживая защитный код. На свободной стене появились красочные чудовища и разрисованные люди Диких Степей.

Я кивнул обоим на кресла, Василий Петрович сел, Одри выразительно посмотрела на бар. Василий Петрович виновато извинился и, пока я перелистывал скрипы, достал бутылку вина и хрустальные фужеры.