— Ты знаешь, как уже долго не было? — спросил Ник.

— Заткнись, — бросил ему Джейкоб и повернулся ко мне. — Мы знаем о волках и леопардах, мы слышали, как ты навела шороху среди тигров в Вегасе. Джейсон Шуйлер — волк твоего зова, а Натэниел Грейсон — твой леопард, и даже король леопардов Мика Каллахан тоже слышит твой зов. До нас дошло, что ты привезла несколько тигров из Вегаса и связана с ними. Ты украла одного из львов чикагского мастера-вампира, привезла его сюда, чтобы он захватил местный прайд. Он теперь твой Рекс, твой король-лев. Считается, что вы с ним пара.

Мне ну совсем не понравилось, что он перечисляет моих бойфрендов, но в одном он ошибся. С Хэвеном, местным Рексом, мы не пара. Я с ним спала, но он не слишком умеет делиться. Он это доказал в ту ночь, когда спал у нас и наутро устроил ссору с Микой, Натэниелом и мной. Хэвен был удивлен, что я вступила в спор на стороне его противников. Он сказал: «Женщины не вмешиваются». Я ему сказала, что он выбрал не ту женщину и может убираться. Он тогда извинился, что для него очень непросто, но все равно в списке моих фаворитов с тех пор не числился.

— Ты к чему-то ведешь? — спросила я у того льва, который представлял проблему сейчас.

— Твой Рекс врет про твои с ним отношения. Твоя львица ему не принадлежит.

— Я вообще никому не принадлежу.

— А это врешь ты. Ты много кому принадлежишь, но Хэвену — нет. Он пустил слух, что львам более не надо подавать на тебя заявки, поскольку ты принадлежишь ему.

— Бальная карточка у меня переполнена, так что если он отпугивает других, меня устраивает.

— Но твою львицу не устраивает, — сказал он и покачал головой. — Мы не знали, что ты — львица без пары. Мы бы не взялись тогда за эту работу.

— Почему, и за какую работу?

— Мы повели себя непрофессионально, и я приношу свои извинения. Но мы не ожидали встретить львицу.

— Зачем вы пришли, Джейкоб? — спросила я. Может, если назвать его по имени, быстрее будет.

— Мне сейчас придется полезть в карман за сотовым телефоном. У меня там картинки, которые я должен тебе показать. Тебе они не понравятся. Ты на нас будешь очень злиться, но помни, что нас на эту работу наняли — ничего личного. — Он посмотрел мне за спину. — Возвращается твой официант.

— Наверное, хочет принять у вас заказ, — сказала я.

— Тебе и правда было бы неприятно, если бы я его убил? — спросил Никки.

Я наконец поняла, что его проблема, в чем бы она ни была, не решится выкладыванием пистолетов на стол. Перестав следить за ними обоими, я стала смотреть только на Никки, выдала ему всю тяжесть своего недружелюбного взгляда.

Он мигнул единственным голубым глазом, который мне был виден.

— Хороший взгляд, — сказал он. — Мне от него хочется в собственные ботинки спрятаться.

— Это ты еще ничего не видел.

— А покажи?

К столу подошел Ахсан, потратил на меня несколько улыбок, и я разрывалась между желанием его прогнать и предупредить.

— Что будете пить? — спросил он.

— Ничего, — ответил Джейкоб. — Нам срочно позвонили с работы, так что ленч отменяется. Ты нам дай пару минут рассказать Аните об одной проблеме, и мы освободим стол.

Он кивнул, положил свой блокнот и еще раз сверкнул ослепительной улыбкой. Я даже попыталась ее вернуть, но знала, что в глазах у меня она не отражается. Так хорошо притворяться я не умею.

Он оставил нас, чтобы передать другим официантам, что к нашему столу подходить не надо.

— Показывай картинки.

Джейкоб аккуратно расправил пиджак двумя пальцами и очень осторожно запустил два пальца в карман, чтобы достать оттуда сотовый. Точно такой, с большим экраном, как тот, на котором Беннингтон показывал фотографии жены.

— Если сделаешь что-нибудь неправильное, пострадают вот эти милые люди, — предупредил Джейкоб.

— Я лично для тебя вырву горло официанту, — сказал Никки почти шепотом и улыбнулся мне.

— Я куда более практичен, Анита. Изуродую, кого ближе будет, — добавил Джейкоб.

Я кивнула:

— Ребята, прелюдия меня утомила. Показывайте.

Но мне не нравилось растущее напряжение: то, что они собираются показать, будет неприятно. У меня зачастил пульс, но львица сейчас не поспешила к поверхности: она испугалась этих мужчин, этих львов. Ее всегда тянуло к львам, никогда она их не боялась. Что же она учуяла такое от этих двоих?

Джейкоб включил экран, что-то на нем нажал и сказал: