Замечание Орбини состоит в том, что в славянских странах своей крупной исторической школы в прошлом не было. Или ее труды до нас, и, кстати, до Орбини не дошли. В силу тех или иных причин. Например, были уничтожены в эпоху Реформации XVI-XVII веков. В то время, как в других странах, – и в первую очередь, в Италии, – такие исторические школы существовали. И сегодня мы учим древнюю историю в значительной мере опираясь на точку зрения этих школ XVII-XVIII веков.

Именно этим объясняется, что на протяжении всей «античности» итальянский Рим якобы безраздельно господствовал, – но лишь на бумаге, – над всем тогдашним миром. И его бумажные железные легионы сурово давили бумажных варваров – германцев, славян и прочих.

Недаром говорят: «Бумага все терпит».

Такие «бумажные теории» бывают далеко не безобидными. Некоторые доверчивые почитатели «могучей древнеитальянской истории» пытались уже в нашем веке возродить былой дух Римской, якобы, итальянской империи. Яркий пример – Муссолини. Красивый, но бумажный миф столкнулся с грубой реальностью. Что произошло дальше – хорошо известно.

Конечно, вклад Италии в мировую цивилизацию всем известен и неоспорим: итальянская архитектура, живопись, опера, литература. Италия оказала огромное культурное влияние на все остальные страны Европы.

Но зачем же ко всему этому добавлять еще и великую славу якобы завоевателей всего мира, покоривших, – как нас пытается убедить скалигеровская история, – Германию, Галлию, Англию, Испанию, Персию, Египет, Балканы, Кавказ?

Замечание Первое.

Представив себе эту скалигеровскую версию в сегодняшних терминах, мы увидели бы, что дивизии (легионы) современной Италии,

– вторглись в ГЕРМАНИЮ,

– захватили ФРАНЦИЮ, ИСПАНИЮ, ПОРТУГАЛИЮ, затем

– РУМЫНИЮ, АВСТРИЮ, ГРЕЦИЮ, СЕРБИЮ, ХОРВАТИЮ И БОСНИЮ,

– затем ТУРЦИЮ, СИРИЮ, ПАЛЕСТИНУ, ИРАН, ИРАК,

– пересекли Ла-Манш и покорили ВЕЛИКОБРИТАНИЮ.

– И, наконец, подчинили себе ЕГИПЕТ, АЛЖИР И МАРОККО.

Мы лишь перечислили те страны, которые якобы завоевал итальянский Рим в «античные» времена.

Конечно, что в разные времена маятник военного превосходства может несколько сдвигаться. Но в такой ли степени?

Достоверно известная нам история последних веков показывает, что военное соотношение сил в мире колеблется, но изменений таких масштабов обычно не претерпевает. Что мы видим сегодня, то, в общем-то было и раньше.

Замечание Второе.

Возможно, нас спросят: а что же мешало русским достойно отразить в летописях свои замечательные военные успехи? Вот например, итальянцы расписали даже якобы несуществующие свои военные достижения. Чем же объясняется такая «русская скромность»?

Мы бы ответили так.

Дело прежде всего не в скромности, а в фактическом поражении России на политической арене в XVII веке в результате великой смуты. На русский престол взошли Романовы – фактические ставленники западной дипломатии. Хотя через некоторое время Россия «переварила» это западное вторжение, след его в русской культуре оказался весьма глубоким. И этому, видимо, есть некоторое психологическое объяснение.

По сути дела речь идет об отношении к рекламе.

История часто выступает как политическая реклама или самореклама. Реклама той или иной страны, того или иного народа. Важность рекламы была понята на Западе значительно раньше, чем на Руси. Родиной историко-политической саморекламы, как мы теперь понимаем, была средневековая Италия XV-XVII веков. И надо признать, что эта реклама и порожденные ею идеология и дипломатические методы принесли Западной Европе в ее споре с Россией и Турцией тот успех, которого на Западе никак не могли надеяться добиться военным путем.

Отставание России в саморекламе проявляется даже сегодня. Запад активно пользовался и пользуется саморекламой, иногда даже гиперболизированной. Россия в силу своих историко-культурных традиций себя так хвалить не привыкла.

Надо иметь в виду, что это обстоятельство создает большую трудность для восприятия Новой Хронологии как в России, так и на Западе. На Руси, быть может, легче согласились бы с тем, что кроме монгольского ига мы страдали еще от двух-трех других ужасных иноземных иг. Это было бы в струе того воспитания, к которому мы привыкли со времен Романовых.