Шрифт:
— Просто было бы приятно получить разрешение, — отвечает он, выходя из комнаты.
Риса долго лежит неподвижно; в голове разброд, но она старается не давать воли мыслям. И наконец к ней приходит сон. Этой ночью ей впервые приснилась лавина.
В знаменательный день, когда Риса встаёт на собственные ноги, причём на неделю раньше срока, Роберты нет дома — ушла по каким-то важным делам. Сегодня все владеющие Рисой противоречивые эмоции клокочут в ней с особенной силой. Ей хотелось бы испытать радость этого момента наедине с собой, не делясь ни с кем... но, конечно, как обычно, приволакивается этот Кэм, хотя его никто не звал.
— Веха! Великое мгновение! — с энтузиазмом вещает он. — При таком событии обязательно должны присутствовать друзья!
Она бросает на него ледяной взгляд, и он сдаёт назад:
— ...а-а-а поскольку друзей здесь нет, на худой конец сойду и я.
Санитар — на вид ни дать ни взять накачанный стероидами бёф — подхватывает Рису под мышки и поворачивает на постели, так что ноги девушки нависают над полом. Какое же это неземное блаженство! Риса осторожно сгибает дрожащие колени... и вот кончики пальцев ног касаются деревянного пола.
— Надо было положить на пол дорожку, — говорит Кэм Няне Бифкейку [35] . — Ей было бы мягче ходить.
— Дорожки частенько скользят, — возражает Няня Бифкейк.
С помощью санитара, поддерживающего её с одной стороны, и Кэма — с другой Риса поднимается на ноги. Первый шаг самый трудный. Всё равно что пытаться вытащить стопу из вязкой грязи. Зато второй даётся уже значительно легче.
— Давай, малышка! — подбадривает Няня Бифкейк, как будто обращается к ребёнку, делающему свои первые шаги — да, собственно, в некотором роде так оно и есть. Риса едва может удержать равновесие, к тому же она боится, что колени того и гляди подломятся. Но ничего страшного не происходит, она справляется.
35
Бифкейк — так называют красавца-мужчину с горой мускулов, обычно модель, в противоположность чизкейку — красотке-модели женского пола.
— Продолжай! — говорит Кэм. — Ты просто молодец!
К пятому шагу она уже не может сдержать долго подавляемую радость. На лице Рисы расцветает улыбка. Голова у неё слегка кружится, она задыхается от волнения и тихонько смеётся: какое счастье! Она снова ходит!
— Ну вот, — говорит Кэм. — Видишь — всё в порядке! Ты снова стала цельной, Риса! У тебя есть полное право наслаждаться этим!
И хотя девушка всё ещё не в состоянии поверить своему счастью, она просит:
— К окну! Я хочу посмотреть в окно!
Они помогают ей потихоньку развернуть шаги в нужном направлении, а затем Няня Бифкейк нарочно отходит в сторону; и теперь Риса идёт, обхватив Кэма за шею, а его рука поддерживает её за талию. Она хочет рассердиться, что попала в такое положение — и с кем? С ним! Но это желание быстро отступает под напором пьянящих, переполняющих её ощущений, исходящих от стоп, щиколоток, голеней, бёдер — всех тех частей её тела, которые ещё несколько дней назад были почти мертвы.
45 • Кэм
Кэм на седьмом небе. Она обнимает его! Опирается на него! Он убеждает себя, что вот, наступил момент, когда упадут все барьеры. Вот сейчас она повернётся к нему и поцелует его — не дожидаясь, когда они добредут до окна.
Рука Рисы тяжелее налегает на его затылок. Там у него шов, она давит на него, и Кэму немножко больно, но это ничего, это так приятно. Он не имеет ничего против того, чтобы Риса давила на все швы его тела. Пусть бы они все болели! Это было бы прекрасно!
Они подходят к окну. Нет, поцелуя он не дождался, но и плечи его Риса тоже не отпустила. Возможно, только потому, что боится упасть, но Кэму хочется думать, что даже если бы она и не боялась, то всё равно продолжала бы держать его в объятьях...
Море в это утро неспокойно. Волны высотой в футов в восемь разбиваются о берег, взмётывая в воздух фонтаны брызг. Вдали виднеются очертания какого-то острова.
— Мне так и не сказали, где мы.
— Молокаи, — поясняет Кэм. — Один из Гавайских островов. Здесь когда-то был лепрозорий.
— А теперь кто тут хозяин? Роберта?
Кэм улавливает неприкрытую неприязнь в интонации, с которой Риса произносит имя его наставницы.
— Нет, этот особняк находится в собственности «Граждан за прогресс». Вообще-то, я думаю, они владеют как минимум половиной острова. Особняк служил когда-то одному богачу летней резиденцией, а теперь здесь их центр медицинских исследований. Роберта — глава этого центра.
— Ты единственный её проект?
Этот вопрос Кэму даже в голову никогда не приходил. Насколько ему известно, он для Роберты — центр вселенной.