Краснов приподнялся на локтях, перевел взгляд с «пистолета» на изменившееся лицо командира и тихо свистнул.

– Это мы, выходит, влезли в самое пекло?

– Похоже, что так.

– Как же вас выпустили из зоны живыми?

– А вот на этот вопрос я и сам не могу найти ответа. Ну, отдыхай пока, я тоже прилягу в тенечке, помозгую над тем, что ты сообщил, прикину планчик на ближайшие сутки. Но чую, придется-таки нам отсюда уносить ноги.

Со стороны ворот вдруг раздался короткий свист: Каширин предупреждал о приближении людей.

Панкрат метнулся к оружию, накрыл его куском линолеума, повязал голову платком, взял в руки лопату и принялся делать цементный раствор.

– Носи в дом доски, только помедленней, лениво. Мы с тобой сейчас строители.

Краснов невозмутимо водрузил на голову грязно-белую кепочку, оставленную настоящими строителями, стащил со штабеля досок одну, распилил ее ножовкой и поволок обе части в коттедж. То же самое он сделал со второй доской и с третьей, играя свою роль с уморительной серьезностью. Во всяком случае, со стороны он ничем не отличался от типичного работника стройки.

Тревога, поднятая Кашириным, с одной стороны, была объективной, с другой – несущественной, несмотря на серьезность намерений появившейся стороны. По дачному поселку двигался «УАЗ» с синей полосой по борту и надписью «милиция», останавливался у каждой дачи, и работники милиции в количестве трех человек осматривали стройку или заводили разговор с теми, кто в это время находился на участке. Подъехали они и к базе «мстителей».

На стук в дверь Каширин с помповым ружьем на плече неспешно открыл дверь, молча уставился на представителей власти с ничего не выражающим лицом, явно не собираясь никого впускать на охраняемую территорию.

– Это дача Шанталинского? – спросил один из милиционеров, с уважением глянув на могучую фигуру «охранника».

– Ну? – буркнул Каширин.

– Вы здесь никого подозрительного не видели?

Паша почесал за ухом, зевнул.

– Когда?

– Вчера, сегодня…

Каширин задумался, морща лоб, и думал так долго, что милиционеры переглянулись, оценив умственные способности «охранника» ниже своих.

– Нет, не видел, – изрек наконец Каширин, – разве что утром вертолет пролетел над лесом, да вы вот приехали.

– А осмотреть дачу можно? У вас во дворе машина стоит.

«Охранник» опять задумался.

– Это машина бригадира. Вообще-то мне не велено никого впускать… но если вам надо… а документы посмотреть не дадите?

Один из блюстителей порядка с лейтенантскими звездочками на погонах раскрыл красную книжечку с золотым тисненым двуглавым орлом, Каширин глянул на нее, отступил в сторону.

– Проходите.

Двое милиционеров прошли за калитку, разглядывая еще не ухоженную территорию дачи, копавшихся во дворе «строителей», красновский джип и мотоцикл. Лейтенант подошел к Панкрату, кивнул.

– Здравия желаю. Вы здесь давно работаете?

– С семи утра.

– Я имею в виду вообще.

– Тогда с мая, – разогнулся Воробьев. – Заканчиваем скоро. А вы ищете кого или так, ради профилактики?

– Ищем, ищем, – рассеянно сказал милиционер, снимая фуражку и вытирая влажный лоб платком. – Машина ваша?

– Нет, бригадира. Оставил с утра, в лес подался, за грибами. Хотя в такую жару какие грибы… Да вы подождите его, он скоро придет.

– А откуда он сам? Номера-то у его танка не брянские…

– Шут его знает, нам он не докладывается. С хозяином на «ты», часто приезжает с какими-то военными шишками, но дело знает, хоть и молодой. А что случилось-то, командир?

– Ладно, мы к вам еще заедем попозже. – Лейтенант махнул рукой напарнику, рассматривающему баню. – Пошли, Сергеев.

Милиционеры убрались за калитку, «УАЗ» отъехал, в лесу снова стало тихо. «Мстители» посмотрели друг на друга, прислушиваясь к тишине.

– Это они ведь нас ищут, – сказал Каширин флегматично. – Все деревни, наверное, прочесывают.

– Весело вы тут живете, – покачал головой Краснов.

Панкрат бросил лопату: он успел сделать приличный замес цементного раствора, – вылил на голову полведра воды, отошел в тень.

– Уходить надо, – продолжал тем же тоном Каширин. – Если они вернутся и начнут искать бригадира…

– Уйдем завтра, – сказал Панкрат. – Вернутся Родион и Миша, обсудим ситуацию. Коля, съезди-ка в Фошнянскую больницу и привези полковника… если, конечно, он уже оклемался и в состоянии соображать.

Каширин молча начал одеваться.