– Послушайте, вы можете рассказать, что с вами произошло? – настойчиво допытывался милиционер, произнося это так, словно несказанно обиделся за ее упорное молчание. – Вы понимаете, о чем спрашиваю? – капитан Сальников уже начал сомневаться, все ли нормально у девушки с психикой. Все-таки, пережить такое, балансировать на грани жизни и смерти, тут кто хочешь может свихнуться. Возможно и она уже того.

Но стоящий рядом врач отрицательно покачал головой, сказав:

– Да нет. Похоже как раз с психикой у нее все в порядке.

– А чего ж она тогда молчит? – сокрушенно произнес Сальников.

Врач пожал плечами. Посмотрел на Ксению.

– По-моему, она просто капризничает.

– Капризничает? – повторил Сальников обиженно. – Но мне нужны ее показания.

– Даже не знаю чем вам помочь, – сказал врач в раздумье, не зная чем утешить капитана. – Ну придите в другой раз. Может она будет себя чувствовать лучше и захочет с вами пообщаться, – предложил он альтернативный вариант.

Капитан почесал за ухом.

– А она не того?.. – он не стал вслух спрашивать у врача не умрет ли девушка. Но доктор его недосказанность понял и поспешил заверить:

– Раз не умерла сразу там, выкарабкается и здесь. Организм молодой, сильный.

– Где это там? – тихим голосом спросила Ксения, не понимая, про что сказал врач. От напряжения в нижней части живота почувствовала тянущую боль. Догадалась, наверняка эскулапы наложили внутренние швы. Ну и пусть, раз так надо. Лишь бы скорей поправиться.

– Вы что действительно ничего не помните? Или делаете вид? – еще больше обиделся капитан Сальников.

Ксения чуть качнула головой. Ведь она и в самом деле ничего не помнила, что случилось потом. А что с ней было в доме у Лилии Станиславовны, им пока знать не надо.

– Послушайте. Вас обнаружили в лесу, в карьере, едва живой. А нашел там вас один молодой человек Валерий Прошкин. Это ему вы обязаны своим спасением. Захотите отблагодарить, пожалуйста. У нас и адрес его есть.

– Меня в лесу? – Ксения почувствовала, что ее от этих слов милиционера бросило в пот. Хорошенькое дельце, она и в лесу. А где в таком случаи ребенок, которого она родила. Видела, как Таисия подняла его, словно хотела показать Ксении. Это был мальчик, на груди у него с левой стороны Ксения успела рассмотреть родимое пятно.

С этим вопросом она обратилась к милиционеру, но конкретного ответа не получила. Тот лишь пообещал, что если она будет с ним откровенна и не будет играть в молчанку, то милиция приложит все силы и возможно тогда ребенок будет найден.

– Вы скажите спасибо, Прошкину, что нашел вас. Еще бы какой-то час, два и тогда бы все. Он спас вас.

– А я не просила меня спасать, – сказала Ксения и повернув лицо в подушку, заплакала.

Увидев это, врач забеспокоился.

– Извините, – сказал он капитану. – Но вам сейчас лучше уйти. Вы же видите в каком она состоянии. А ей волноваться нельзя.

– Хорошо, – не стал настаивать капитан. Выходя в коридор, он спросил у врача, когда можно будет приехать сюда еще раз, а заодно поинтересовался, что обо всем случившемся думает он.

Ксения чуть приподняла голову с подушки и услышала, как врач ответил тихонько:

– Пока только одно. Перед тем как ее отвезти в лес, у девушки были роды. И судя по всему ребенок был крупным. Чтобы избежать многочисленных разрывов, нужно было сделать Кесарево сечение. Но его не сделали, потому что скорее всего девушка рожала не в больнице. А где, я вам не могу сказать. Но то, что она осталась живой, это просто чудо. Потерять столько крови. Мы шесть часов зашивали ее, – в голосе медика слышалось отнюдь не бахвальство, а сожаление.

Потом они закрыли дверь палаты, и Ксения больше уже не могла услышать дальнейший их разговор. Когда врач вернулся в палату, она повернула к нему заплаканное лицо и спросила:

– Скажите, где мой ребенок? Пожалуйста…

Врач сел рядом на ту самую табуретку, где сидел пузатый капитан. Поправил уголок одеяла и как можно спокойнее сказал:

– Этого я вам сказать не могу, потому что не знаю. Поверьте. Вас привезли к нам одну. Но судя по всему, его там и не было. Возможно, ваш ребенок где-то в другом месте. Думаю, вам не мешает поговорить с нашедшим вас парнем. Может быть, он что-то вам прояснит.

Ксения закрыла глаза. Точно знала, что если бы сейчас у нее был выбор между жизнью и смертью, выбрала бы смерть. Чтобы не испытывать мучений. Да и зачем жить, когда все складывается так нелепо. Хотя … стоит ли упрекать судьбу. Ведь она сама с легкостью поддалась на уговоры Квинт и согласилась избавиться от ребенка.

Вспомнив Лилию Станиславовну, она произнесла ее фамилию. Совсем тихонько. Врач толком не расслышал, переспросил:

– Что вы сказали?

Ксения не ответила. Лежала с закрытыми глазами, а по щекам текли слезы.