– Музой?
– в очередной раз я удивилась.
– Дим, по-моему, я не самая подходящая девушка на эту роль. Вон, смотри, - указала на одну из девушек в зале, - она больше подходит. Красивая, стильная, с хорошим макияжем. А я просто серая мышь рядом с ней.

Дима бегло оглянулся на девушку и осуждающе на меня взглянул.

– Ты серьезно считаешь, что эта гламурная курица красива? Бред. Я не фотограф из глянцевого журнала, а художник. И ищу я настоящую истинную красоту, а не работу визажиста, понимаешь?

Принесли заказ. Пока официантка расставляла на столе тарелки, наш разговор прервался. Я обдумывала его слова, а Дима внимательно наблюдал за мной. Наконец она ушла.

– Рит, ну неужели тебе каждый день предлагают написать портрет? Я же не прошу тебе позировать обнаженной и...

– Еще чего!
– вырвалось у меня.

– Вот, - кивнул Дима.
– Я просто хочу написать твое лицо. Знаешь, я вообще-то склоняюсь к импрессионизму в пейзажах. Но портреты люблю писать в классической манере. Неодушевленные предметы - это для меня как-то скучно. А вот люди - их рисовать интересней. Каждый человек - это не просто один человек, это целый мир, целая вселенная. Все его эмоции, все чувства, все отражается на лице. И я очень люблю писать эти лица на холсте. В твоем я увидел что-то такое, что должно остаться навеки. Ты только представь, что будет через пятьдесят лет. Ты покажешь портрет своим внукам, и они смогут лучше узнать тебя, какой ты была, что думала и что было на душе. Рита, это очень важно для нас обоих.

Я слушала его, открыв рот. Еще никто и никогда не говорил мне таких вещей. Никто и никогда. Я и вообразить не могла, что кто-то найдет во мне какую-то вселенную, какой-то мир.

– Рита, - не останавливался он.
– Мои работы продаются в частной галерее. Я стал писать на заказ еще в училище. Сейчас искусство поставлено на конвейер так же, как и производство салфеток. Мое творчество - это моя работа и иногда мне нужно что-то для себя. То, что дает вдохновение. И это ты, Рита. Я очень хочу написать твой портрет.

Сказать было нечего. Этот парень удивлял меня с первой же минуты знакомства. Его рассуждения показались мне романтичной чушью и дичью. Ну, зачем мне тратить время на какие-то портреты, если его и так не хватает? Если у него творческие порывы являются смыслом жизнь, то у меня все не так.

– Дима, а я могу подумать?
– говорить ему "нет" сразу не хотелось. Жаль было отвечать отказом на такую искренность.

– Можно, - утвердительно кивнул он.
– Но я буду ждать твой положительный ответ.

Я уткнулась в тарелку и ничего не ответила.

Может, он прав и каждый человек - это целый мир? Тогда, наверное, мы слишком разные миры.

– Слушаю тебя и удивляюсь, как это ты оказался в той компании вчера?

Вечерняя прохлада уже пыталась прокрасться под ворот куртки, а на небе светила своим диском луна. Мы брели по моему темному дворику, где на удивление, никого не было.

Дима, все еще неся мой пакет, усмехнулся.

– А ты думала, художники с простыми смертными не общаются?

– Честно говоря, да. Я всегда считала, что они сидят в своих великосветских салонах, рассуждают о высших материях среди себе подобных и курят тонкие сигареты через мундштук.

Дима не удержался от смеха и расхохотался точно так же как вчера на лестничной клетке.

– Ну, спасибо хоть в геи меня не записала!

– А что? Уже были варианты?

– Полно. Знаешь, Рит, люди всегда относятся жестоко к тем, кто отличается. Я учился в обычной школе, где не привыкли выделяться и кому-кому, а мне точно известно, что такое быть другим. Я - творческий по натуре и не скрываю этого, - он лукаво подмигнул, - но ориентация у меня правильная.

– Не сомневаюсь. Хотя, ты иной раз кажешься очень странным. Так как оказался в нашем дворе?

– А тут ничего странного как раз. Алиса, которая на гитаре играла, моя двоюродная сестра. Я попросил познакомить меня с ее друзьями.

– Зачем?

– Новые люди всегда приносят что-то новое в нашу жизнь, - беззастенчиво ответил Дима.
– Захотелось найти новые источники вдохновения.

– Нашел?

– Да, - гордо произнес мой спутник.
– Тебя.

Мой подъезд неуловимо приближался, а я все думала как же мне не хочется в него входить. Этому Диме, странному незнакомцу с необычным взглядом на мир, удалось на несколько часов вырвать меня из пучины проблем и неприятностей.

– Ну что, пора по домам, - сказала я, стоя на первой ступеньке крыльца.
– Спасибо тебе за этот вечер.

Дима притворно сморщился.

– Какая банальная фраза. Так говорят, когда сказать больше нечего.