Тони был так уверен, что в его новом доме полно свободного места, что сразу после новоселья решил переоборудовать удивительно светлый и просторный подвал в отдельную квартиру. Он воображал, как будет пускать туда академиков, проводящих творческий отпуск в университете Брэдфилда, или молодых врачей, проходящих полугодовую практику в местной больнице. И никаких постоянных жильцов, никого, кто посягал бы на неприкосновенность его личной жизни.

Вместо этого у него поселилась Кэрол Джордан, совершенно для него неожиданно. В то время она жила в Лондоне, в дорогой элегантной квартире в Барбикане, уединенной и приятно отдаленной от остального мира. Но пару лет назад Джон Брендон убедил ее вернуться к оперативной работе. Кэрол не хотела продавать свою лондонскую квартиру, чтобы вместо нее купить дом в Брэдфилде. И она поселилась в подвале у Тони — предполагалось, что временно. Однако вскоре выяснилось, что обоих близкое соседство более чем устраивает. Они не лезли в жизнь друг друга и радовались, зная, что в любой момент могут получить дружеский совет и поддержку. Во всяком случае, так думал Тони.

В конце концов он решил плюнуть и не тратить силы на уборку. Все равно через два дня все опять зарастет. А у него есть дела и поважнее. Чисто теоретически после работы на полставки в брэдфилдской больнице для душевнобольных у Тони должна была оставаться масса свободного времени, чтобы сотрудничать с полицией, читать книги и писать статьи, поддерживая связь с коллегами-психологами. Но на практике двадцати четырех часов в сутки Тони катастрофически не хватало, особенно учитывая его страсть к компьютерным играм. Он искренне верил, что это высвобождает его творческое «я», скрытое в подсознании. Никто из его знакомых не поверил бы, узнай он, сколько заковыристых задач Тони решил после часа поскакушек с Ларой Крофт или управления средневековым китайским государством.

В последнее время ситуация только усугубилась — и все благодаря Кэрол. Ей в голову пришла гениальная мысль. Она подсунула Тони «Wii», уверяя, что симулятор поможет ему избавиться от хромоты, которой наградил его один из пациентов, напав на него и поранив ему колено.

— Ты слишком много времени проводишь скрючившись за компьютером, — заявила она. — Тебе нужно двигаться, но вытащить тебя в спортзал нереально. А вот «Wii» поднимет тебя со стула.

Она оказалась права. Даже слишком права, к сожалению. Хирург, оперировавший Тони, пожал бы ему руку, узнав, как много времени он теперь проводит, прыгая по гостиной и играя в теннис, боулинг и гольф. Или сражаясь против странно одетых кроликов. Впрочем, Тони почему-то был уверен, что по накалу эмоций ее одобрение не сравнится с негодованием редакторов журналов, которым он задерживал заказанные статьи.

Тони уже собирался уничтожить главного кролика, устроившего перестрелку на улицах Парижа, когда его прервал звонок домофона, установленный Кэрол между подвальной квартирой и его жилищем.

— Я знаю, что ты дома, потому что слышу, как ты скачешь, — затрещал ее голосом домофон. — Можно войти? Или ты слишком занят, изображая из себя Рафаэля Наддала? [2]

С мимолетным сожалением Тони отступил от экрана и нажал на кнопку, открывающую дверь. Кэрол появилась, когда он уже убрал джойстики и наполнил два стакана минералкой. Взяв свой стакан в руки, Кэрол скорчила недовольную гримасу.

— И это все, на что ты способен? — скептически спросила она.

— Да, — ответил Тони. — Мне нужно поддерживать положительный водный баланс. — С этими словами он прошел вслед за ней в гостиную, после игры все еще тщательно взвешивая каждый шаг.

— А мне не нужно. У меня был паршивый день, и я заслужила стаканчик. — Кэрол остановилась.

Тони прошествовал дальше.

— Ты пришла ко мне, прекрасно зная, что я хочу помочь тебе бросить пить. Твои поступки противоречат твоим словам. — Посмотрев на нее через плечо, он улыбнулся, сводя на нет резкость своих слов. — Пойдем сядем и поболтаем.

— Ты ошибаешься, — сердито буркнула Кэрол и плюхнулась на диван напротив его кресла. — Я пришла, потому что мне надо с тобой поговорить, а не потому, что в глубине души мне не хочется пить.

— Могла бы пригласить меня к себе. Или назначить встречу там, где подают алкоголь, — заметил Тони. Выдумывать аргументы было на редкость скучно, но Тони только так умел показать Кэрол, что заботится о ней, — внушая, что для счастья выпивка ей совсем не нужна.

— Тони, сжалься! — всплеснула руками Кэрол. — Мне и правда нужно с тобой поговорить, и это важно. — Похоже, она говорила серьезно.

И это было еще одной причиной, по которой ей следовало бросить пить. За тягой к спиртному у Кэрол таилось многое другое — например, желание поделиться с ним чем-то интересным или рассказать, как прошел тяжелый день. Но понять, что именно у нее на душе, Тони становилось все труднее. И это его мучило. Откинувшись в кресле, он улыбнулся. Свет от стоящей рядом настольной лампы падал ему на лицо, и его голубые глаза сверкали особенно ярко.

— Ну ладно. Я прекращаю изображать из себя докучливого друга и превращаюсь в заинтересованного коллегу, — сказал он. — Твой визит, случайно, не связан с вызовом к новому начальнику?

— Угадал с первой попытки, — сардонически усмехнулась Кэрол и вкратце описала Тони ультиматум, который предъявил Джеймс Блейк ее команде. — Все это похоже на какой-то бред. — Обычно спокойная Кэрол была явно расстроена. — Представляешь, мы теперь целиком зависим от того дела, которое подкинет нам судьба в ближайшие три месяца. Мне что, молить небеса ниспослать нам серию смачных убийств, только чтобы моя группа могла продемонстрировать свои таланты? Или, может, мне сфабриковать улики и раскрыть парочку особенно заковыристых «висяков»? К нашей работе нельзя применять эту чертову методику изучения трудовых движений! [3]