Рассказ много времени не занял. У Сэма был талант вычленять в расследовании самые важные пункты и расставлять их в логическом порядке.

— В общем, затык в том, что у меня нет никаких физических улик, доказывающих факт убийства. И привязать Найджела Барнса к убийству его жены, дочери и Гарри Сима я могу только при помощи компьютера. Не говоря уж о том, что я понятия не имею, как Гарри Сим очутился в их компании. — Сэм недовольно хлопнул ладонью по ноге.

— Ну, с ним-то все просто, — заявил Тони и полюбовался на раздраженную непониманием физиономию Сэма. — Он — гарантия свободы Найджела.

— В смысле?

Тони устроился в кресле поудобнее. Так уверенно он чувствовал себя, только когда копался в чужих мозгах.

— Если нам что и известно о Найджеле Барнсе, так это то, что он планирует все наперед. Он заранее расписал все свои действия. Такой дотошный человек обязательно продумал бы путь отступления еще до начала атаки. Вот таким путем и стал для него Гарри Сим.

— Я не понимаю! — недовольно прищелкнул языком Сэм. — Как Сим помог бы Найджелу избежать тюрьмы?

— Вот что произойдет, когда вы сообщите Найджелу Барнсу о том, что в озере найдены тела. Он расскажет вам, что жена его бросила, что он решил проследить за ней и нашел всю троицу у озера — мол, они совершили массовый суицид, да еще какой-нибудь с подвывертом. Тогда Найджел запаниковал, решив, что в их смерти обвинят его, и потому избавился от трупов. Совершенно случайно он избрал способ, полностью уничтожающий любые улики, кроме тех, что способствовали бы опознанию тел. Так удачно, что у Гарри при себе оказалась кредитка! Уверен, если вы проверите, узнаете, что это именно Найджел Барнс предоставил зубную формулу жены. — Пока Тони говорил, Сэм раздражался все больше.

— Мать твою, — выругался он. — Ну и как мне его прижать?

— С компьютером он тоже все продумал. Наверняка скажет, что, узнав про любовника жены, решил излить свои переживания на бумаге, создав якобы фальшивый план их убийства, — убежденно сказал Тони. — В общем, сведется все к одному: его слово против косвенных улик.

— Это я и так понимаю. Но как мне его сломать, Тони? Вы ведь можете залезть в его шкуру. Что я должен сделать, чтобы Найджел Барнс сдался?

Тони наклонился вперед.

— У вас есть один шанс, — сказал он, не скрывая волнения в голосе. — Только один.

Старший инспектор Стюарт Паттерсон еще раз перечитал профиль. Он не был от него в восторге, но признавал, что выводы Хилла прекрасно вписываются в общую картину. Благодаря профилю у следствия появились новые гипотезы. Правда, их разработка грозит Паттерсону потерей контроля над ситуацией. Насколько он знал, тесный мирок ИТ-специалистов населяли люди вроде Гэри Хэркапа, личности необщительные и замкнутые. Доктор Хилл подчеркнул, что серийный убийца-психопат не будет слишком явно выделяться на их фоне.

А еще эта версия, что убийца родом из Манчестера. Паттерсон и сам понимал, что убийца, скорее всего, не из местных. В округе Вустера есть места и поудобнее, чтобы избавиться от тела. Ну да, камер там не было, но все равно — место рискованное, с таким-то потоком машин.

Впрочем, хоть камеры и не засняли жертву в обществе убийцы, Паттерсон все же на них рассчитывал. На протяжении всей крупной северной магистрали, ведущей с автострады в город, с каждой стороны были установлены камеры, распознающие номерные знаки. Чисто теоретически существовала возможность увидеть на пленке каждый автомобиль, проезжавший по этой дороге. Учитывая гипотезу о связи убийцы с Манчестером, Паттерсон велел Амброузу достать список машин, заснятых на шоссе в день исчезновения Дженнифер Мейдмент, с тем чтобы затем прогнать его по базе Управления автомобильного транспорта и вычислить все автомобили, легковые и грузовые, зарегистрированные в Манчестере. План, конечно, не идеальный — убийца уже дал им понять, что достаточно умен, чтобы замести за собой следы. Возможно, он был настолько прозорлив, что даже зарегистрировал машину на другой адрес. Нельзя было сбрасывать со счетов и человеческий фактор. Люди ленивы и, перепродавая автомобиль, «забывают» сообщать об этом в управление. Впрочем, это хоть какая-то зацепка. Обращаясь в Манчестер за помощью, Паттерсон проявил немного личной инициативы и сейчас сидел, злобно сверля глазами телефон, словно перед ним был его заклятый враг. Он просил своего шефа обо всем договориться с манчестерской полицией, но тот, лодырь и бездельник, привык спихивать все дела на подчиненных — пусть, мол, набираются опыта. Паттерсон требовал от него немногого — подписать обращение к другому ведомству. И в результате вынужден был проводить субботнее утро за игрой в телефонные салки с силовиками из Манчестера, пытаясь выйти на кого-то, способного принимать решения. Крайне эффективное использование драгоценного времени.

Только через час Паттерсону удалось наконец найти человека, готового взять на себя ответственность за сотрудничество в расследовании убийства Дженнифер Мейдмент. Старший инспектор Энди Миллвуд, дежурный следователь манчестерского отдела по расследованию тяжких преступлений, отличался от прочих сегодняшних собеседников Паттерсона, и отличался в хорошую сторону.

— Буду рад помочь, — сказал он ему. — Такие дела ужасно противные, врагу не пожелаешь. Все кому не лень требуют результат, причем позавчера. С ума сойти можно.

И не говорите.Каждый раз при взгляде на родную дочь Паттерсона захлестывала волна безнадежной вины. Натыкаясь на плакаты с фотографией Дженнифер, развешанные в окнах всех магазинов города, он чувствовал себя преступником. Паттерсон понимал, что, если он не раскроет это дело, оно еще долгие годы будет камнем висеть на его совести, понемногу уничтожая его веру в себя и подталкивая в ряды бывших копов, не мыслящих себе жизни без бутылки. Он был согласен с доктором Хиллом — если убийцу не остановить, он убьет снова. А груз его вины и так уже весит полтонны.