— Ты действительно считаешь его счастливым?

— Да.

— Несмотря на то что я зануда, не ровня тебе по интеллекту и все эти тридцать лет мешал твоему духовному развитию…

— Неужели ты веришь тому, что написал этот лживый негодяй?

— А при чем здесь, верю я или не верю? Все это существует, и не только в его книге. Все это было с самого начала.

— Дэн, с 1969 года…

— Я знаю, сколько лет мы вместе…

— И да, конечно, мы всегда были разными людьми, с разными интересами. Но это не означает…

— Я знал, что твоя мама никогда не одобряла мою кандидатуру. Провинциальный док. Приземленныйдурень, и уж, конечно, не эрудит, как великий Джон Уинтроп Лэтам, и не нью-йоркский щеголь вроде самой Дороти…

— Неужели ты думаешь, меня волновало мнение матери? — возразила я. — Я выбрала тебя,потому что любила тебя…

— Да, возможно, когда-то. Но я всегда знал, что ты не считаешь меня подходящей партией…

— Тогда какого черта я оставалась с тобой? Зачем? Неужели ты действительно думаешь, что я могла бы терпеть безнадежный брак?

— Я думаю, что ты осталась со мной по той же причине, по которой так и не поехала в Париж на первом курсе. Страх и неспособность сформулировать то, что ты действительно хочешь…

— Да, признаю, именно поэтому я не поехала в Париж. Но это было тридцать два года тому назад… а другая причина, по которой я осталась, это то, что я не хотела потерять тебя. Точно так же, как не хочу потерять сейчас…

— Если бы ты не хотела потерять меня, ты бы не стала спать с этим парнем…

— Хорошо, хорошо, виновна по всем статьям. И все-таки, все-таки…разве ты не можешь посмотреть на этот короткий глупый флирт именно как на короткий глупый флирт? Как на ошибку, совершенную двадцатитрехлетней девчонкой, которая с тех пор жила с чувством вины за это предательство. И говорить о том, что я осталась с тобой просто из-за удобства и привычки…

— Позволь спросить тебя кое о чем. Ты думаешь, что я был всего-навсего счастливый олух, довольный своим милым браком с милой женушкой-учительницей? Тебе не приходило в голову, что я мечтал о другой жизни — покруче, чем пересадка конечностей, семейные каникулы во Флориде, редкий и лишенный страсти секс с одной и той же женщиной…

— Добро пожаловать в брак, — усмехнулась я.

— Это в твоем духе — отпустить колкость в самый неподходящий момент…

— О, это тоже из серии моих великих прегрешений?

— Да, если хочешь знать. Когда тебе нечего сказать, ты опускаешься до злой иронии.

— Дэн, я никогда, никогдане набрасывалась на тебя с такой злостью, как это делаешь ты сейчас.

— Возможно, это потому, что тебя никогда так не унижали публично.

— Но те обвинения, что ты предъявляешь мне, они родились не сегодня…

— Да, ты права, они зрели годами.Но я держал их при себе, потому что думал…

— Что ты думал? Что вызываешь во мне раздражение?

— Что-то вроде того.

— Черт возьми, пусть мне когда-нибудь и приходили в голову мысли о том, что жизнь могла сложиться по-другому, я давно поняла, что одна из величайших ценностей долгого брака — помимо его стабильности, надежности и прочего — это общая история. И досадные промахи, ошибки друг друга, вспышки злости — все это перекрывается тремя десятками лет, прожитыми вместе. И, черт бы тебя побрал, этот долгий путь не был соткан из ссор и обид. Наоборот, мы всегда…

— Скрывали истинное положение вещей… всегда избегали конфликтов, всегда…

— Ты хотя бы слышишь себя? — воскликнула я. — Мне казалось, что мы довольно хорошо ладим друг с другом, что мы — одна из тех счастливых пар, кому удалось примирить совершенно разные темпераменты, найти точки соприкосновения, обойтись без острых разногласий в вопросах воспитания детей, и кому, в конце концов, всегда было о чем поговорить долгими вечерами. И вот теперь ты заявляешь, что для тебя это был один большой обман, мистификация… и ты жил с этой тихой злостью по отношению ко мне, считал, что я тебе не пара, что я чувствую себя в ловушке, но мне недостает смелости порвать с этим? Знаешь, это наводит меня на мысль, что ты воспользовался нынешней дерьмовой ситуацией, чтобы…

— Не пытайся свалить на меня всю ответственность. Ты предала не только меня, ты предала всю нашу семью. И вместо того, чтобы поступить благородно и признаться…

— Я призналась во всем тебе.И признаюсь еще раз: я совершила ошибку.Мне мучительно сознавать, какую боль я причинила тебе и Джеффу. И я сожалею о том, что так неудачно выступила перед прессой. Но я не хотела…

— Ты ждешь, что я прощу тебя и сделаю вид, будто ничего не произошло?