– Думаешь, мы поверим в историю, что каждая женщина подсознательно мечтает быть изнасилованной? И сейчас для тебя настал тот самый лучезарный момент? – молодцеватый капитан взял пленницу за подбородок. – Ты кого хочешь провести на мякине, тупая бабища? Поверь на слово, мы и не таких здесь обламывали!

– Дурак! – хрипло рассмеялась она.

С одной стороны блестящие глаза и влажные губы говорили о возбуждении, с другой это не могло быть нечем иным, кроме дешевой уловки.

– Посмотри на мою грудь!

– С удовольствием!

Ей не пришлось повторять просьбу дважды. От первого рывка ткань треснула по шву. Второй завершил начатое, после чего взорам присутствующих предстала красивая молочно-белая грудь с затвердевшими сосками.

– Ни хрена себе! – присвистнул «Раненый», инстинктивно подавшись вперед. – Она и правда… Того… Сама не прочь… Дать… Всем…

– Ну что, убедились? Давайте скорей начинать! – на щеках женщины проступил лихорадочный румянец.

– Ты ведь не хочешь нас обмануть? – в отличие от подельников, старший группы не потерял голову от сладкоголосых призывов сирены.

«ЕЩЕ КАК!!!» – прошептали демоны, но столь тихо, что их никто не услышал.

– Не бойся, проверь… – Герцогиню била крупная дрожь. – Проверь скорее, сладкий, и узнаешь!

Ей так не терпелось сделать ЭТО, что она с трудом сдерживалась. Пришлось даже закусить до крови губу, чтобы не упасть в обморок от перевозбуждения.

Несколько секунд палач, не мигая, смотрел в глаза жертвы. Затем приказал:

– Клим, оставь веревку. Так обойдемся. Только вставь ей в рот резиновую заглушку на всякий случай, чтобы не откусила. Для начала ты спереди, я – сзади. Потом поменяемся.

«Стрелка зовут Клим, – автоматически отметил я. – Капитан самый опасный…»

– Надеюсь, ты не разочаруешь меня! – прерывающимся от едва сдерживаемого волнения голосом успела произнести женщина, прежде чем бесцеремонные грязные руки затолкали ей в рот некое подобие жесткой боксерской капы.

– Разумеется, нет! – весело пообещал ублюдок, расстегивая брюки. – Сейчас…

Аккуратный женский ноготь большого пальца несколько раз прошелся по ногтю на мизинце, соскребая невидимую глазу пленку, после чего слегка прикоснулся к вспотевшей от возбуждения руке насильника, пристраивающегося сзади.

– Охххррррр!!!

Уровень болевых ощущений от разряда электрошокера – ничто по сравнению с парализатором мгновенного действия со странным названием «Четырнадцатая степень рая». Попавшему под воздействие препарата кажется, что вывернутый наизнанку кожный покров аккуратно и методично поливают кислотой, а тело прокручивают через огромную мясорубку.

– Хррррррр…

Зрачки неудавшегося «Ромео» закатились под веки, на губах выступили клочья кровавой пены.

– Морж, быстрее!

Если он не успеет, для Герцогини все закончится плохо.

– Быстрее!!!

Я чувствовал, что сгорающий заживо друг теряет последние силы. И чтобы хоть как-то помочь, сделал то, что категорически не советовал док, связавший невидимой нитью человека и була: открыл энергетический канал, взяв часть его боли на себя.

– Морж…

На мою спину и ноги словно выплестнули ковш расплавленного свинца. Боль оказалась настолько сильной, что лицо перекосилось от судороги.

– Сука! – Человеку по имени Клим не понадобилось много времени, чтобы связать неожиданное изменение в самочувствии напарника с умиротворенным видом жертвы. – Получай, тварь!

Короткий прямой с правой в лицо мог выбить зубы. Герцогиню спасло резиновое приспособление для извращенцев-насильников. Голова женщины дернулась в сторону, и потерявшее равновесие тело завалилось на пол.

– Мо…

Он все же успел. Пылающий шар выбил дверь, с ходу бросившись на стоящего со спущенными штанами мужчину, только что нокаутировавшего Герцогиню. Раньше мне приходилось видеть, как бул расправляется с кадами. С людьми это случилось впервые. Может быть, в другой ситуации взорвавшийся череп мог произвести впечатление. Сейчас – нет. Словно изуродованная тряпичная кукла, безжизненное тело отлетело к стене…

– Молодец, мой мальчик. Ты у меня такой молодец!!! – мог похвалить я, если бы не сводящая с ума боль и…

Широкое лезвие армейского ножа, прошившего горло.

У «Пятерки», и правда, были отлично подготовленные кадры. Что есть, то есть. Этого у скотов не отнять. Секунду назад похотливо ухмыляющийся «раненый» с интересом наблюдал за тем, как подельники собираются изнасиловать женщину, а в следующую превратился в хладнокровного бойца, для которого сигналом к началу активных боевых действий послужила выбитая дверь.