– Хватит! Ты великолепно поработала. Не надо больше никаких уточнений. Теперь дело за нами. Я поговорю с Куратором, потом с ребятами прикинем план, подготовим свое оборудование. Знаешь... возможно, ничего и не потребуется. Это как раз тот редкий случай, когда я и сейчас еще не знаю точно, куда и с какой степенью силы лучше направить удар Команды.

– Послушай, Гера, я ведь абсолютно не в курсе этого дела. Лишь выполняю твой конкретный приказ. Но что-то не припомню случая, когда еще ты был так не уверен в принятии решения. Даже голос у тебя... какой-то...

– Подумаешь, голос как голос! – Черт возьми, Гюльчатай прекрасно его изучила. – Короче, сворачивай свою «прачечную» и выбирайся оттуда в Комсомольск. Я свяжусь с тобой в ближайшее время. Это – приказ!

– Так точно, мой командир! Позволь маленькую справочку. Здесь, на объекте, есть один человек. Его официальная должность – заместитель директора по режиму. Он командует всеми службами: безопасности, технического контроля, внешней охраны... Так вот, его даже китайцы, которые его никогда не видели, прозвали Ксин Джинггуо. Дословно это – «новый управляющий государством». Вот так, не фактический директор, а именно этот начальник режима. Похоже, он действительно всем здесь управляет.

– А как они того майора прозвали, бывшего фээсбэшника, а?

– Лей Хуоджин – «гром металлический».

– Ну, тогда беги-ка ты еще быстрее от этого «грома»! Ты мне нужна целая и невредимая. До связи, Галчонок!

Хабаровский край,

территория близ ЗГ РЛС,

берег озера Хумми

Через сорок минут группа вооруженных охранников добралась до края «свежей» просеки, на которой сейчас работали китайские мигранты. Времени было в обрез. К счастью, Ленчик быстро разыскал бригадира. Ну, не церемониться так не церемониться! Для пущей убедительности своего приказа и придания максимальной скорости процессу его выполнения он быстро «начистил рыло» этому узкоглазому. Когда стоящий на коленях и размазывающий по своей желтой роже кровавые сопли бригадир, по мнению Ленчика, созрел для понимания важности задачи, он коротко и доходчиво приказал ему за пять минут собрать все барахло и бегом скрыться всем кагалом в самом глухом месте тайги, километров за десять отсюда. Чтоб никто найти не смог! Ясно?

«Косой» закивал. Последнее ускорение придал бригадиру мощный удар Ленчикового тяжелого сапога в тощую китайскую задницу, от которого бригадир плашмя растянулся на земле метрах в трех. Но быстро вскочил и, преисполненный понимания и ответственности, бросился в китайский лагерь. Там мгновенно поднялась невообразимая суматоха. «Желтомордые», под несмолкаемый визг своего начальника, забегали как муравьи, наталкиваясь друг на друга, хватая первое, что попадало под руку... Смех, да и только!

Муравьи... А что, это хорошая идея! Рот Ленчика растянулся в плотоядной улыбке. Потыкать палкой в муравейник – это хорошо. А если покидать туда горящих головешек... просто здорово! И, опять же, облегчение для них, неразумных: гораздо быстрее сжечь эти временные шалашики и – вперед по тайге, налегке... Потом новые соорудят, невелик труд.

Ленчик громко свистнул, и тут же к нему подбежал один из четверых его охранников. Ленчик коротко поделился с ним своей «гениальной находкой».

– Это... конечно, здорово... Только... вдруг огонь на тайгу перекинется, а?

Точно! Командир почесал затылок: как это сразу не подумалось? Но совсем отказываться от такой идеи ему вовсе не хотелось.

– Ну, тогда... шмотки их сраные в костер покидать! А то будут тут до второго пришествия копошиться.

Подчиненный понял, что второй раз перечить начальнику – себе дороже выйдет. Он кивнул и так же быстро скрылся за деревьями. Ленчик закурил и через пару затяжек взглянул на часы: ого, пять минут-то вышли! Пора и проверить. Неторопливым шагом он вышел на просеку. А там еще и конь не валялся! Надо принимать экстренные меры.

Окинув взглядом поляну, Ленчик подошел к первому попавшемуся рабочему, который вытаскивал из невысокого шалаша какой-то куль, и с размаху ударил ему в лицо прикладом своего автомата. Фонтаном брызнула кровь, китаец без звука упал на землю и затих. На мгновение все замерли. Потом сразу двое рабочих бросились к своему поверженному товарищу и, присев на корточки, залопотали что-то на своем дурацком языке, теребя его за тонкую курточку. Пострадавший никак не реагировал.

– А вы что расселись?! – заорал командир на своих бойцов. – Я один должен наводить порядок, да?!

Он выхватил из-за пояса пистолет и, почти не целясь, выпустил две пули в грудь лежащего на земле китайца. Тот даже не дернулся.

– Вот так! Понятно?!

В этот момент из самого дальнего шалаша выглянула китаянка, очевидно, встревоженная звуками выстрелов. Она громко ойкнула и тут же скрылась обратно. Переглянувшись, двое бойцов кинулись за ней. Через несколько секунд над поляной раздался тонкий истошный вопль, и два дюжих охранника, ухватив каждый за одну ногу, выволокли несчастную из шалаша.

– Гы-гы-гы! Командир, может, мы это... а? Развлечемся немного...

– Идиоты! Кретины!! – Ленчик брызгал слюной. – Вы приказа не поняли?! Может, мне еще раз объяснить?!

Он поднял автомат. Бойцы бросились врассыпную. Воздух разорвала короткая очередь. Тело несчастной китаянки несколько раз дернулось в такт впивающимся в него пулям. А дальше произошло невообразимое.

Из того же шалашика вперед метнулась черная тень. Никто не успел опомниться, даже сам Ленчик! Казалось, черная молния, пролетев полполяны, ударила его в грудь, безжалостно свалив на землю. Тут же в наступившей гробовой тишине послышался негромкий хруст, а потом над поверженным, неподвижным командиром охранников поднялась во весь рост высокая фигура в темной широкой китайской курточке и таких же бумажных штанах.