– Ия, уходи из этого тела! – сказал Шуруп, оглянувшись на дверь.

– Не все так просто… Теперь нельзя. Сеть переполнена вирусами-убийцами, у которых только одна задача – стереть мои медиа, как только те появятся в поле зрения. Они работают слишком быстро. Против меня восстал весь мир, парни. В Сети мне уже не скрыться.

Адассис захохотал, с медлительностью кибера и его же интонациями.

– Босс, тогда нам пора сваливать, – сказал Шуруп. – Они сумасшедшие…

– Я никуда не пойду. Без нее нет смысла жить. Я люблю Ию… да и не смогу простить себе смерть моих людей…

Сантана уселся на пол, подтянул к животу колени и стиснул голову ладонями. Шуруп посмотрел на автомат в своей руке, словно не понимал, для чего взял его.

– Зачем это самобичевание? – проговорила Ия. – Почему я не могу просто умереть? Сантана, пожалей меня.

– Ты не можешь сбежать! – крикнул старик. – Они не станут взрывать дом, если ты убежишь! Не смей снова бросать меня! Мы должны умереть вместе!! Я не могу остаться!..

Шуруп стал трясти Сантану за плечо:

– Нам надо валить отсюда, босс!

– Нет, – сказал бывший главарь «термитов». – Ты уходи, пока можешь.

– Я не брошу тебя, отец, – после короткой паузы сказала Ия.

Девушки-клоны, стоявшие рядом с креслом, склонились над Адассисом и принялись отцеплять от его тела катетеры. Тонкая кожа на черепе Маркуса растянулась в счастливой улыбке.

– Ты умрешь, – сказала она Адассису. Ее голос звучал только для него. – Это все, что я могу сделать для тебя. Извини… Мы потеряли уйму времени, целую жизнь. Извини за все, что я делала не так.

– Всюду моя вина. Теперь пустое…

Ия уловила что-то вроде смеха, вернее, его ментальное воплощение. Это ощущение заполнило Ию, вызвав в ней приступ дикого, неконтролируемого ужаса. Тэна, дочь Маркуса, задрожала. Но отец был благодарен ей. Она почувствовала, что он хочет уйти, и не держит на нее зла.

Клоны освобождали старика от датчиков и выдергивали катетеры. Адассис ничего не чувствовал. Его тело давно превратилось в нечто, не способное воспринимать болевые импульсы. Последним был аппарат, следящий за сердечной деятельностью. Когда он отсоединился от тела, монитор запищал, показывая выпрямленные линии.

– Ия, что ты делаешь? – спросил Сантана. – Ты…

– Он так хочет, – ответила она. Существо внутри сферы шевелилось.

– А мы?

– Мы уедем. Я сделаю это ради тебя.

– Психи! Надо было с самого начала дергать в другую сторону! – сказал Шуруп, отступая к двери.

– Заткнись! – рявкнул Сантана. – Мы еще ничего не решили…

– Их всех убили, – произнес Шуруп. Он смотрел вперед, словно слепой, и его бледные щеки покрывала липкая пленка. Капли пота стекали от висков, доползали до нижней челюсти и соединялись на подбородке.

Потом он перевел взгляд на сферу и скривился. Губы его зашевелились, но слов никто не услышал.

Сантана отвернулся. Тело старика в кресле-каталке стало клониться вбок. Глаза закрыты, тонкая шея словно переломилась. Голова почти легла на левое плечо. Девушки стояли рядом с креслом, живые дополнения к медицинскому комплексу, мало чем отличающиеся от киберов создания, которым было все равно, жив или мертв их хозяин.

Он был мертв.

Сантана стиснул кулаки.

Ия задергалась. Страшное создание, заключенное в несколько сотен литров физраствора, смогло как-то повернуться к бывшему главарю «термитов».

Ия наблюдала за смертью Маркуса Адассиса, человека, который был ее биологическим отцом, но который не смог стать настоящим… В ней не было сожаления. Ничего, кроме констатации факта: их семья мертва. Скорбь пришла и ушла, не оставив следа. Появилась легкость. Разве можно уничтожить то, чего никогда не было? Наверное, можно. Главное, устранить иллюзию, что жила с тобой многие годы.

Теперь Ие предстояло стать обычным человеком. Это тревожило ее сильнее всего. Если, конечно, мир не взорвется раньше их бегства.

– Что мы будем делать? Федералы уже близко… Ия, не молчи! – сказал Сантана.

– Открой нишу в той стене. Да, под картиной, нажми на ту панель… Там увидишь отсек, в котором лежит оборудование. Им пользуются медики, настраивающие мой медицинский комплекс. Возьми три шлема – для нас.

Сантана поглядел на Шурупа, стоящего в стороне. Тот не сводил глаз со сферы. Сантана подавил желание отвесить племяннику оплеуху. Похоже, племянник совсем расклеился.

– Ия, а как ты?..

– Просто делай. Но… тебе придется привыкать к другой мне. Мое прошлое тело погибло, я не могу использовать его.