– А вирусы?

– Рискну, – ответила Ия. – Не в первый раз. Если что… погибну от собственной самонадеянности. – Она засмеялась.

Сантана подошел к стене и надавил на указанное место в стене. Его трясло, он понимал, что до сих пор не вышел из шокового состояния. Кто-то внутри него протестовал и кричал во все горло, чтобы он прекратил, немедленно прекратил сопротивление. Это слишком опасно. Лучше всего остаться и просить федералов быть милосердными. Они представители власти, им надо действовать в рамках закона. К раскаявшимся преступникам относятся снисходительно… Только так можно спасти свою шкуру, разве нет?..

Сантана посоветовал этому голосу заткнуться.

Под картиной, висевшей почти под потолком, открылась просторная ниша.

– Отсоедини от шлемов все провода, – сказала Ия.

Одна из девушек-клонов, стоящих рядом с креслом Адассиса, повалилась на пол. Шуруп попятился. Вторая бывшая нянька старика посмотрела на свою товарку и никак не отреагировала.

Сантана обернулся. Сначала ему показалось, что это Шуруп ударил клона. Но племянник был не в том состоянии, чтобы адекватно отражать ситуацию, – он стоял и переводил взгляд с дяди на сферу, а потом возвращался к упавшей девушке.

– Ия! – позвал Сантана.

Ответа не было.

– Что происходит? – спросил Шуруп.

– Не знаю…

Ия вышла из тела и устремилась в Сеть, оставляя позади себя многочисленные фантомы, в надежде, что они собьют с толку вирусы. Это дало возможность выиграть время, по меньшей мере пять-шесть секунд. Ей пришлось сделать бросок во внешнюю зону, минуя все ближние подуровни. Вирусы ждали ее на подступах к особняку, но ей удалось обмануть их. Ее собственные программы-истребители, деактивированные, уже не причиняли федералам серьезного вреда. Агенты взяли под контроль почти все внутренние ресурсы особняка. Защита, выставленная Ией, слабела, медиа, вызванные на помощь, таяли и распадались, но если она поспешит, то сумеет перегнать реальное время. Именно из внешней Сети, пользуясь свободным узким каналом, Ия переселилась в тело клона.

Девушка упала на ковер. Ия почувствовала боль. Начались судороги. Из нижней губы, попавшей между зубами, потекла кровь.

Вся система обеспечения должна была отрубиться через три минуты. Данные в блоках памяти и вспомогательных модулях будут уничтожены безвозвратно. Запустить систему вновь можно будет лишь со стороны, но Ия позаботилась о том, чтобы сервер больше никогда не пришел в рабочее состояние. Она убивала сама себя. Если в течение трех минут ей не удастся укрепиться в теле клона, все будет кончено.

Счетчик отмеряет секунды, минуты…

– Шуруп, не стой, помоги ей. – Ия слышит голос Сантаны рядом с собой.

Щелчок. Тьма перед глазами исчезла, сменилась изображением. Вернее, нормальным зрительным восприятием. Теперь Ия могла видеть. Спустя две секунды пришел слух.

Ее подхватили с двух сторон мужские руки. Ия-клон застонала. Прошлое перемещение в чужое тело не было таким болезненным. Схватило в солнечном сплетении, голова закружилась, ноги подкашивались. Появилась тошнота.

Сантана бросил шлемы на пол и стал помогать племяннику. Расшевелить его оказалось нелегко, но Шуруп, похоже, вернулся в реальный мир. При этом у него было лицо ребенка, несправедливо обиженного и испуганного до полусмерти. Сантана почувствовал отвращение.

Они усадили девушку на кушетку у окна. Бывший главарь «термитов» поднял Ие голову и посмотрел в глаза. Она с трудом сфокусировала взгляд и улыбнулась.

– Я здесь. Получилось.

– Идти сможешь? Нам надо уезжать, пока не поздно…

– Могу, – ответила Ия. – Придется. Дай.

Ее рука потянулась к автомату, висящему на левом плече.

– Зачем?

Ия улыбнулась, покачала головой. В этот момент система жизнеобеспечения отключилась. Сервер, находящийся под металлическим колпаком, вспыхнул, когда в него влетел разряд в несколько тысяч вольт, вытянутый Ией из ближайшей подстанции. Посыпались искры, запахло озоном и горелым пластиком. Одновременно с этим отключилось питание во всем особняке, погас свет.

Шуруп выругался. Сантана наградил его тяжелым взглядом. Видимо, только страх перед дядей не давал ему удариться в бегство.

– Идите к машине, – сказала Ия. Она встала с кушетки, отодвигая от себя руки Сантаны. – Я сама.

Сантана и Шуруп так и стояли, не понимая, что происходит, пока Ия, резко повернувшись, не закричала:

– Мне надо кое-что сделать! Идите же!

Слезы прорисовали дорожки на румяных щеках бывшей няньки Адассиса.

– Идите!

Сантана подхватил с пола шлемы и толкнул племянника.

– Уходим!..

Шуруп сорвался с места и побежал обратной дорогой. Сантана – за ним.