Шрифт:
Браун присел на комингс, отстранённо, как бы вчуже наблюдая за товарищами, быстро и ловко управлявшимися со сложным хозяйством СПБ. Напряжение спало, и тут же навалилась усталость. Он откинул голову к переборке и уставился в верхний иллюминатор. За ним синело небо, потом стали заплёскивать волны.
— А эта группа велика… — протянул комиссар. — Я имею в виду «Чёрное солнце». Они мобильны, их действия скоординированы. Не удивлюсь, если у них полно агентов — уж больно «шварцы» осведомлены…
— Ох, как же мне всё это надоело… — простонал Тимофей. — Я Пэ-Пэ-Вэ хочу заниматься, а не всей этой фигнёй! Чтоб им всем… Димдимыч, регистрограммы у тебя?
— Какие? — не сразу понял Купри. — А-а… У меня. Обе.
— Начнём с них. Вон как за ними «шварцы» бегали! Димдимыч, есть знающие люди на примете? Те, что дружат с волновой психотехникой? Надеюсь, не всех же их похитили!
— В точку, — одобрительно кивнул Борис Сегаль, — а то уж слишком часто я слышу эту приставку — психо!
Комиссар задумчиво почесал ухо.
— Есть один спец, — сказал он. — Головастый мужик, хоть и с закидонами. Он священник в Мак-Мердо.
— В Мак-Мердо так в Мак-Мердо… Шурка, вызывай «борт номер один».
— Есть!
— И вот что… — серьёзно сказал Тимофей. — Димдимыч… Я не знаю точно, внесли ли меня «шварцы» в свой «чёрный список», но более чем уверен, что вы там значитесь.
— И что? — насупился комиссар.
— Светитесь поменьше.
Браун глянул за прозрачный колпак. Чёрная пелена льда наверху вся была увешана иззубренными гребнями, похожими на сталактиты. Потом бугристая чернота льдины кончилась, и разлился «верхний свет» — так подводники называли разводья в ледяном покрове. Купри тоже поднял голову, проговаривая:
— Как взошло «Чёрное солнце», так и закатится. А не захочет — сами закатим!
Глава 5
ОПЕРАЦИЯ «НАНУК» [45]
45
Нанук (эскимос.) — белый медведь.
12 декабря, 16 часов ровно.
Боевая орбитальная станция «Сульдэ». [46]
«Сульдэ» мало чем отличалась от других тяжёлых искусственных спутников — это была вполне автономная система цилиндрических складов и ангаров, шарообразных заправочных станций, решётчатой путаницы стартовых конструкций и торовидных жилых отсеков, связанных между собой блестящими тросами. Всё это хозяйство висело над Землёю на высоте мегаметра, обращаясь по полярной орбите.
46
Сульдэ— монгольский бог войны. Якобы был невидим, поэтому никаких идолов ему не ставили. Согласно уверениям шаманов, Сульдэ незримо сопровождал Чингисхана в его походах.
К безостановочному кружению, к кувырканию Вселенной в иллюминаторах жилых отсеков постоянный гарнизон «Сульдэ» давно привык и не обращал внимания, а вот новичкам бывало не по себе.
«Прокатиться на карусели — это ещё куда ни шло, — подумал Виль Горнер, — но жить на карусели… Неделями, месяцами крутиться — за это надо представлять к награде!»
Он стоял напротив панорамного экрана и глядел, как ослепительно горят под солнцем сферические бока заправочной станции, как нестерпимо сверкают плетёнки антенн на фоне беспросветной черноты, как колоссальный серп Земли цвета безоблачного неба опрокидывается, пушась циклонами и отливая глянцем Индийского океана. Конец света? Или начало?
Звякая магнитными подковками, Горнер приблизился к зеркальной переборке, отделявшей главный кессон от диспетчерской. Он шёл, шатаясь и клонясь, будто воздушный шарик на верёвочке. Вот оборвётся верёвочка, и улетит шарик…
Виль вгляделся в своё отражение. На него смотрел розовощекий плечистый парень в блестящем чёрном комбинезоне с двумя маленькими серебряными звёздочками на погонах. Форт-лейтенант.
Виль сморщил широковатый нос. Насупил жиденькие брови. Скривил чувственный рот. Проглядывало обличье слабачка, избалованного, изнеженного «мамсика», обидчивого и трусоватого. Одни лишь серые глаза смотрели по-мужски, твёрдо. Как надо, «как учили», как и положено воину.
Третий десяток лет, виток за витком, крутилась станция «Сульдэ» вокруг планеты. Строила её Евроамерика, чтобы из космоса грозить нукерам Всемирного халифата.
Муллы, имамы и прочие аятоллы уже любовно закрашивали на картах полмира — от Африки до Индонезии — красивым зелёным цветом, а им — раз! — и хвосты подпалили лазерами-гигаваттниками. Сам Мехти-хан бессильно потрясал кулаками, грозя небесам, откуда, уподобляясь мечу Азраила, били и били лиловые лучи, разворашивая бункеры и ракетные шахты, пуская на дно атомарины «Гураб», выжигая полки интернацистов «Чёрного калифа» Мбуви.