— Леночка ощутила, как выпрямился и напрягся Кирилл, и ей стало неловко, что вот так, подставляет его под удар. Выглянула из-за спины и вдруг увидела, как обгоняя братьев, к ним летит на всех парах какой-то мальчишка. Бежит так, что не видит ничего вокруг, даже Андрей со Стасом от удивления чуть притормозили.

— А мальчишка, лет двенадцати, не больше, со всего размаху врезался в грудь ее мужа и был подхвачен и сжат в медвежьих объятиях.

— Федька! Ну, брат, вымахал-то как! — муж явно счастлив от этой встречи, даже засмеялся.

— Но горячечный шепот паренька тут же охладил его радость:

— Забери меня отсюда! Забери на Прерию, насовсем! Я все буду делать. Я буду слушаться! Я буду прибираться, и готовить, я умею! И Мангула с Патри кормить буду. И один оставаться могу. Пожа-алуйста, — в дрожащем шёпоте слышны слезы и безумная надежда.

— У Ленки самой сердце так сжалось, что она и думать забыла о гневе братьев.

— Федь, ты чего? — растерялся Кирилл, — что случилось?

— Юная жена поспешно выдвинулась из-за него и решительно перебила:

— Конечно, заберем! Ты — Федор, да? А меня Леной зовут.

— Правда заберете? — глаза мальчишки уставились на нее с восторгом. И мелькнула мысль — как же он на Кира похож! Одно лицо!

— Еще в космолете муж во всем признался. Ошибки молодости. Ребенка принесли, можно сказать, в подоле, а куда его — ему шестнадцать, в армию собрался. Молодой учительнице Кирилла ни парень, ни ребенок были не нужны. Родила для здоровья, нельзя ей было аборт делать по медицинским показаниям. А как бывший ученик поступит с малышом, ей было неинтересно. Хорошо — старшая сестра выручила своего непутёвого братишку. Сказала, сама воспитает, но потребовала клятвы, что ребенок никогда не узнает правды. Три года назад, когда Кир на Прерии приобрел свой дом, она раздобрилась почему-то — стала отпускать Федьку к брату раз в год, на Рождество. Правда обходилось это последнему в кругленькую сумму. В четыре раза больше денег уходило на билеты, чем на годовое содержание сына. И всё — только, чтобы малец месяц пожил у него в гостях. Хотя с клятвой хранить тайну его рождения смирился давно и нарушать ее не собирался. Матвеев уже и привык родного сына племянником считать. Да и жизнь все так поворачивалась, что не с руки было обзаводится ребенком.

— Правда! — кивнула мальчику Ленка. И глянула в глаза мужа, ожидая протестов.

— Тот хмыкнул и улыбнулся криво, ставя мальчугана на землю. Хотел что-то сказать, но тут братья подошли — не вышло возразить.

— Знакомились на удивление мирно. Пожали Кириллу руку, потрепали по голове Федьку, чуть не придушили в объятиях ее саму. Возможно, не только от радости. И строго велели следовать за собой. Дуболомы.

— Уже проходя через зал ожидания, Ленка, не отпускающая руку мужа, увидела, как к ним направилась женщина лет сорока, в дорогом брючном костюме, с холодными глазами и гордой осанкой. Федька попытался спрятаться за отца, которого знал лишь, как дядьку, да умоляюще глянул на Леночку.

— Прилетел? — произнесла женщина с упреком. — Зачем?

— Э-э, привет, Марин, — Кирилл дернул Леночку вперед, — вот, женился я. С семьей супруги повидаться приехали.

— Здрасьте, — Ленка смело встретила холодный взгляд. А вот Марина на брата совершенно не походила.

— Женщина неприязненно глянула на невестку, и снова поглядела на Кира:

— Федька совсем от рук отбился. Сладу никакого с ним. Перечит, не слушается, из дома сбегал два раза, с полицией доставляли… И все после того, как последний раз от тебя прилетел.

— «Все ты виноват!» — звучало в ее словах.

— А чего хахаль твой, — вдруг так же холодно и лениво спросил Кир, — не нравится ему пацан, а?

— Не лезь в мою жизнь, — взвизгнула вдруг сестренка. — Но тут же взяла себя в руки. — Федя, ко мне! Мы уходим!

— Мальчишка крепче прижался к Кириллу, вцепившись в его руку и не глядя на Марину.

— Он не собака! И я его забираю к себе.

— Ох, как не хотелось Ленке видеть эту безобразную сцену, уже примерно представляя, что будет дальше. Она беспомощно глянула на братьев, но те и не собирались прерывать естественный ход событий. Наоборот, смотрели с явным интересом, словно этот цирк был устроен специально для них.

— А сестра Кира смогла удивить. Хоть лицо и пошло пятнами, голос снова звучал ровно:

— Яблоко от яблони… Женушку-то спросил, умник?

— Ленка сжала руку Кирилла со всей силы, чтоб не ляпнул лишнего. Уж её-то точно защищать не стоит. И тот понял, промолчал угрюмо.

— Намучаешься, обратно не приму, — отрывисто продолжила Марина. Видно — ей неуютно вдруг стало при стольких зрителях. Выдержанная вся, ледяная какая-то. — И еще… Я сказала ему, что ты никакой не дядя. Так вышло, не спрашивай. Пришлешь за вещами и документами, я все оформлю. Встречаться нам больше не нужно.

Она вдруг совершенно успокоилась, развернулась и пошла прочь, не прощаясь ни с ним, ни с мальчиком.

—

— ***

—

— В старом, построенном ещё прадедом доме, всё сохранялось на своих местах. Даже запах родового гнезда был особенным, и Ленка вдохнула его полной грудью, словно пыталась запомнить на всю жизнь и… попрощаться. Так повелось, что сыновья оставались здесь, пристраивались новые флигели для их семей, а дочери уходили к мужьям. Вот и она уйдет вслед за мужем, нравится это семье, или нет. Она встретилась глазами с мамой, и та грустно улыбнулась, поняла сразу всё.